Хранительница Темного пламени [Часть 1]

Я радостно закивала, не желая быть яблоком раздора. Пока ошарашенные Асмодеус и Гато приходили в полную человеческую форму, Алмаз уже помог мне вскарабкаться на себя и пустился галопом под одобрительные выкрики других кентавров.

Он скакал долго, так, что мне пришлось обхватить его торс, чтобы не замерзнуть. Идея уйти от проблем верхом на кентавре с каждой минутой казалась мне все более и более глупой. Тем более, что интуиция буквально вопила «Слезай с этого ненадежного жеребца». На полном ходу слезать было бы глупо, а потому я похлопала Алмаза по плечам, призывая остановиться.

— Река совсем недалеко, скоро там будем. Я приготовил пледы и вино.

Ох какой предусмотрительный. И ведь неизвестно, как связаться с Асмодеусом в случае неприятностей. К счастью вскоре показалась серебряная река, изгибающаяся, словно лента под светом звезд. Алмаз остановился и помог мне спуститься. Он все еще оставался в форме кентавра, когда доставал пледы и вино.

— Я разожгу костер, а ты завернись, согрейся. Возле реки бывает холодно. — он говорил странно, стараясь не смотреть на меня.

— Ты это заранее спланировал? — задала вопрос, ответ на который был очевиден. Тонкие губы Алмаза изогнулись в улыбке. Он успел превратиться в человека, закутать ноги во что-то наподобие килта. Мужчина разводил костер, подбрасывая в него синие еловые ветки, от чего тот неимоверно чадил, так, что дым поднимался в небеса белой извивающейся змеей.

— Вина? — я приняла у него глиняную чашу, сделала вид, что отпила. Алмаз еще повозился с костром, а потом сел на плед возле меня и принялся вглядываться вдаль.

— Здесь очень красиво, но я бы хотела вернуться в Таверну. Уже поздно. — сказала я. Мужчина не пытался приставать ко мне, или разговаривать. Он словно чего-то ждал. Вдали послышался какой-то шорох.

— Мне кажется, сюда кто-то направляется, — я вскочила с места, расплескав вино. Алмаз оставался спокоен.

— Тебе не кажется. — Он встал с места, деловито достал кинжал и вонзил себе в бок, шипя от боли. На землю и плед полилась алая кровь. Я вскочила с места, шокированная таким самовредительством.

— Ты что творишь?

Сквозь сжатые зубы мужчина снизошел для объяснений:

— Так никто не обвинит меня в твоей пропаже. Их было больше, меня ранили, а тебя похитили. Светлые, знаешь ли, не знают жалости.

— Но почему?

— Потому что за светлыми будущее, будущее за Славом и моими лошадьми.

— Весь твой народ может погибнуть без Темного пламени.