Дети Йеманжи

– Ну, надо сказать, Шанго всё же не совсем оказался скотиной. Понимал, что без него девчонка пропадёт. Купил ей дохлую пиццерию, и Оба за два месяца из неё сделала конфетку! Самое посещаемое заведение в Бротасе! Ей-богу, Оба тогда даже похорошела! Поставила новые столики, навела чистоту, взяла двух негритянок на подхват, – но готовила всегда только сама! К ней даже туристов водили, ага! Ой, какое было акараже[42], а мокека какая!.. И Шанго каждый вечер сидел дома – никогда такого не было! И даже дурить меньше стал. И лет пять всё было тихо и спокойно. А потом… потом Шанго встретил Йанса! Она тогда только начинала служить – у Огуна под началом, между прочим! Они перебрасывались на базу в Алагоасе через Баию, по пути заехали к нашей матери. Шанго увидел этого мотопехотинца с буферами первого сорта… ну и всё! Хлопнул дверью и ушёл к ней!

– Оба… очень расстроилась?

– Расстроилась?! Первым делом она таблеток наглоталась, вот что! Еле откачали в больнице! Наша мать неделю там сидела с ней, уговаривала, обещала, что Шанго вернётся… Так, кстати, и вышло через пару лет. Йанса – ведь это Йанса! Она не собиралась сидеть в четырёх стенах и варить кашу! Она всегда в самых жарких местах! Поступает приказ – и наш сержант подрывается и летит на базу в Рио или Сан-Паулу! Или вообще в Колумбию по контракту! Не позвонив мужу! Шанго на стену лез, орал, махал пистолетом, но ничего не мог с ней сделать. А потом… – Эшу вздохнул, потёр кулаком лоб.

– Потом он как-то раз напился, озверел и полез к ней. Йанса не захотела. Шанго не понял, попробовал силой. Порвал на ней платье, лифчик, наставил синяков… И очень это всё оказалось зря! Йанса психанула, вырубила его с ноги, примотала альпинистским шнуром к кровати, позвонила нам – и уехала к месту прохождения службы! Когда Шанго проспался, жёнушка уже сидела в «вертушке» в полной выкладке и летела на тренировочную базу! – Эшу вздохнул. – У-у, мать его тогда чуть не убила… А Шанго даже ничего не мог вспомнить! Колотил кулаками по всему, что под руку попадалось, и вопил, что он пальцем не мог прикоснуться к Йанса! Но кто ему поверил… Поправить дело уже нельзя было. Йанса – гордая девочка. Больше года Шанго пытался её вернуть, но она и слушать ничего не хотела. Наконец, брат понял, что бесполезно, плюнул – и вернулся к Оба. Фейжоаду жрать… Оба, конечно, только рада была. Более-менее всё успокоилось. И вдруг год назад мы с Шанго и с Ошосси заваливаемся в ночной клуб в Ондине – и Шанго видит там эту красотку в её жёлтеньком платьишке! Эту чёртову куклу Ошун!