Волшебство. Семинары и практика

– Ну вот, ты в крупные фигуры метишь, а я – по мелким пакостям специалист.

Мы вошли в кафе, госпожа Тереза обвела взглядом посетителей и сказала едва слышным шепотом:

– Что за компания тут шумная! Девчонки слишком болтливые, трещат, как сороки… нечего им тут делать. И остальным тоже. Мужичок лысенький с блокнотом пусть остается и парень очкастый с ноутбуком. Остальные – марш отсюда.

В тот же момент шумные девочки, не допив кофе, поспешили к выходу, на ходу накидывая курточки.

На улице, прямо перед окном, у которого располагался наш столик, остановились, видно, только что встретившиеся старые знакомые – две пожилые пары. Мужчины пожимали друг другу руки, а женщины радостно обнимались.

– Так не пойдет, – прошептала госпожа Тереза. – Вы мне, милые, улицу загораживаете. А мне нравится смотреть на праздничные огни. А ну-ка разошлись быстренько.

Мужчины тут же потянули своих жен прочь, а те то и дело оборачивались и посылали друг другу воздушные поцелуи.

Я восхищенно посмотрела на госпожу Терезу, а та самодовольно улыбнулась, направилась к прилавку, принесла два чашки кофе и блюдце с ореховым печеньем, сняла свою шаль и уселась поудобнее. Была она румяна и черноброва.

– В общем так, я тебе предложу плюнуть на всех и пойти ко мне в партнерши, если с деньгами совсем туго будет, а ты брезгливо плечами передернешь, и зря. Я могу научить врать клиентам, в смысле, правду от них скрывать. А ты, подумав, тоже откажешься, но прибережешь эту возможность на случай, если волшебство тебя не прокормит.

– А врать зачем учиться?

– Как зачем? Ну… вот глянь на нее, – она указала на хорошенькую китайскую девочку с двумя тонкими черными косичками, мать которой отошла к прилавку.

Я глянула и обомлела: на моих глазах девочка плавно превратилась в китайскую старушку – сухонькую, сморщенную, но улыбчивую, с озорными искорками в черных щелочках глаз. Секунда – и старушка опять стала девочкой. Эта трансформация происходила несколько раз: девочка и старушка, казалось, переливались друг в друга. У меня закружилась голова и я прикрыла глаза ладонью.

– Э, да ты еще фокусироваться не умеешь, чтобы всю линию увидеть в одночасье, – сказала госпожа Тереза, – поэтому начало линии и конец сворачиваются в круг. Но даже и так можно сказать, что девочка проживет долгую счастливую жизнь, здоровой будет. И характер у нее хороший, видишь? Увидеть конец земного пути, как поэты говорят, для нашего брата легче всего. А по нему можно судить о многом. В этом случае – и врать не нужно. Да ладно, открывай глаза, ушли они.