За фасадом сталинской конституции. Советский парламент от Калинина до Громыко
- Автор: Войтиков Сергей Сергеевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8635-7
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «За фасадом сталинской конституции. Советский парламент от Калинина до Громыко». Краткое содержание книги:
О сложной, драматической судьбе российского парламентаризма рассказывается в очередной книге серии.
«Верховным» органом власти СССР был объявлен Съезд Советов, а в период между съездами – ЦИК СССР{264}. В период между сессиями ЦИК СССР «высшим органом власти» признавался Президиум ЦИК СССР, образуемый Центральным исполнительным комитетом в количестве 27 членов, в число которых входили в полном составе Президиумы Союзного Совета и Совета Национальностей{265}. Очередные Съезды Советов должны были созываться Центральным исполнительным комитетом СССР один раз в год, чрезвычайные съезды созывались Центральным исполнительным комитетом СССР «…по его собственному решению, по требованию Союзного Совета, Совета Национальностей или же по требованию двух союзных республик»{266}. ЦИК СССР мог отложить созыв Съезда Советов «при чрезвычайных обстоятельствах»{267}, чем он и воспользуется в годы Великой Отечественной войны.
Функции, полномочия и структура ЦИК СССР были определены в Конституции 1924 г. и Положении 1923 г. ЦИК обладал широкими полномочиями в экономической области (выработка единого народнохозяйственного плана и государственного бюджета СССР, установление общесоюзных налогов и доходов, единой денежной системы), в области национально-государственного строительства, в решении спорных вопросов между союзными республиками. ЦИК СССР был наделен правом отмены постановлений съездов Советов и ЦИК союзных республик, нарушавших Конституцию СССР, устанавливал принципы землеустройства и землепользования, судоустройства и судопроизводства. В области внешнеполитической деятельности ЦИК СССР уполномочивался заключать внешние займы, ратифицировать договоры (с 1925 г.){268}, однако все ключевые внешнеполитические решения принимались с 1919 г. в Политбюро ЦК РКП(б){269}, которое, собственно, продолжало их принимать с последующим проведением «в советском порядке» – через общесоюзный ЦИК, при том что руководство внешними сношениями формально входило в компетенцию Совнаркома{270}.
Статья 17-я закрепляла за ЦИК СССР определение круга деятельности Президиума ЦИК СССР и Совета народных комиссаров СССР. Центральный исполнительный комитет наделялся правом «приостанавливать или отменять декреты, постановления и распоряжения» Президиума ЦИК СССР, а также съездов Советов и центральных исполнительных комитетов союзных республик и других органов власти на территории СССР{271}. Юридически закреплялось, что СНК СССР «во всей своей работе ответственен перед Центральным Исполнительным Комитетом [СССР] и его Президиумом»{272}.
Все декреты, устанавливающие общие нормы политической и экономической жизни, подлежали обязательному рассмотрению в ЦИК СССР. Все вопросы решались открытым голосованием и простым большинством голосов. По старой партийной традиции, восходящей к съездам «единой» РСДРП, допускалось и поименное голосование по требованию членов ЦИК СССР{273}, однако на всем протяжении истории союзного ЦИК прецедентов не было.
Члены союзного ЦИК наделялись законодательной инициативой, обладали правом запроса, могли участвовать на заседаниях любого органа власти и управления на территории СССР{274}. Однако при этом законодательной работой занимался и СНК СССР, предварительно рассматривавший все проекты постановлений, которые затем вносились на утверждение в ЦИК СССР и его Президиум. Совнарком издавал декреты и постановления, имевшие силу закона, что серьезно сужало возможности ЦИК СССР{275}. Как видим, и здесь повторялось положение, сложившееся в высших советских органах Республики Российской – ВЦИК и Совнаркоме – после 2-го Всероссийского съезда Советов в конце 1917 г.
Исключить члена ЦИК из его состава мог только съезд Советов и лишь в особых случаях – сам ЦИК, обязанный уведомить об этом съезд. ЦИК СССР работал сессионно: очередные сессии проводились три раза в год. По Договору об образовании СССР, сессии ЦИК СССР намечалось проводить в столицах союзных республик, однако в Конституцию СССР 1924 г. данное положение не вошло и состоялось всего две выездные сессии: в Тбилиси (1925) и в Ленинграде (1927){276}. Вторая, естественно, была связана с 10-летием Октября, хотя из четырех пунктов ее повестки дня один (естественно, последний) и не носил парадный характер: 24 августа 1927 г. Фракция ВКП(б) Президиума ЦИК СССР, заслушав «Вопросы II сессии ЦИК Союза ССР 4-го созыва», приняла два решения: «1) о времени и месте созыва сессии: Созвать II сессию ЦИК Союза ССР 4-го созыва 15 октября 1927 г. в гор. Ленинграде; 2) о порядке дня и докладчиках по вопросам порядка дня: 1. Внешнее и внутреннее положение Союза ССР к 10-летию Октябрьской революции (докладчик – т. А. И. Рыков). 2. Итоги хозяйственного развития на 10 лет и основные перспективы дальнейшего развития народного хозяйства Союза ССР (докладчики – тт. В. В. Куйбышев и Г. М. Кржижановский). 3. Внешняя и внутренняя торговля Союза ССР (докладчик – т. А. И. Микоян). 4. Законы, принятые в период между I и II сессиями ЦИК Союза ССР 4-го созыва (докладчик – т. А. С. Енукидзе)»[9]. Последний пункт, как видим, о законах, к которым ЦИК СССР как коллегиальный орган не имел особого отношения, лишь освещая их своим сиянием. Как водится, продолжительные перерывы между сессиями привели к расширению законодательной и контролирующей деятельности Президиума ЦИК СССР{277}. Таким образом, на новом витке исторической спирали состоялся повтор ситуации 1917-го и последующих годов во ВЦИК Советов{278}.
9
РГАСПИ. Ф. 94. Оп. 1. Д. 84. Л. 15. Через неделю, 31 августа 1927 г., третий пункт, во изменение предыдущего решения, было постановлено снять, а вместо него поставить следующий – «Итоги культурного строительства народов Союза ССР за 10 лет (докладчик – т. А. В. Луначарский)» (Там же. Л. 17). Во-первых, такой парадный доклад был ближе к деятельности ЦИК СССР, чем СНК СССР, а во-вторых, вопрос о внешней и внутренней торговле стал в 1925 г. формальным поводом для объявления войны Политбюро ЦК РКП(б) каменевскому Совету труда и обороны СССР, и большевистское руководство могло опасаться осложнений с Объединенной оппозицией, которая, кстати, изрядно подпортила сталинско-бухаринскому ядру ЦК ВКП(б) «Красный день календаря» 1927 г. как в Москве, так и в Ленинграде.