Сказка о невесте Полоза

– И помог, – оправдывался Баюн. – Я привел тебя в Страну-Где-Восходит-Солнце. Доведу и до терема Змиева, как Зимаву победишь.

– А чем же мне с ней сражаться? Может, камнем в нее запустить? Или лучинкой припугнуть?

– Не серчай, у тебя есть Жар-Птица и самое главное – горячее сердце.

– Глупости какие! – воскликнула невеста Полоза и сжала в сердцах кулаки. – Это же верная погибель!

– Так ли иначе, мне не добраться до Ледяного Чертога. Только одного сможет унести на спине Жар-Птица.

– Значит, пешком пойдем, – и Марна вгляделась в высокие горные пики. – Тут недалеко.

– Не ведаешь, что говоришь… – покачал головой Баюн.

– Но… – девушка запнулась. В глазах ее было смятение.

– Главное, ничего не бойся, – молвил тихо Кот и сжал спутницу в объятиях. – Помнишь, как меня приручила? Так и Зимаву бесстрашно одолеешь.

Вырвалась невеста Змиева сердито, села у кормы и долго молчала. Но делать нечего, правду говорит Баюн. До замка Снежной Владычицы втроем не добраться. А ее Жар-Птица легко донесет.

– Я ведь не знаю совсем, что меня ждет, – простонала она жалобно.

– Скоро узнаешь.

– Как скажешь. Все-таки не ты Хмелю обещал… – смирилась путница.

– Ох уж этот Хмель, – проворчал Баюн. – После за все с него спросишь! А теперь не мешкай, забирайся на спину птице.

– А не обожгусь ли я? – заопасалась Марна. – Она ведь огнем горит.

– Девица человеческая обожглась бы наверняка, – рассмеялся Кот. – Змеевна же – никогда. Горяча ее кровь, словно сталь расплавленная, а кожа пылает. Ты разве не чувствуешь?

Призадумалась невеста Полоза, провела рукой по лицу, но горячки не заметила.

– Поверь мне на слово, – свернул хвост в кольцо Кот.

Кивнула Змеевна, погладив крыло волшебной птицы. Ничего не ощутила, кроме тепла.

Низко склонила голову радужная пава, позволяя Марне взобраться на спину. А потом встрепенулась, ударила крыльями и поднялась в небо.

– Держись крепче! – закричал с ладьи Кот, и мягкий голос его утонул в снежной круговерти. – Не теряй дух, Княжна Змеиная!

Птица сделала круг и полетела прочь от озера. Скоро Баюн превратился в точку и вовсе исчез, а Марна осталась наедине со своими думами.

«Может, потолковать с Зимавой, объяснить, что Змий без двух дней как женат… Или еще как уговорить отступиться… Неужто она такая безумица, что впрямь желает мир заморозить навеки?»

Вот показался из-за горного хребта неприступный замок, что не раз видела Змеевна во сне. Но стоило птице лишь заложить вираж к нему, как ударил ей в грудь неистовый северный ветер, чуть не сбросив наездницу в пропасть.

– Держись! – крикнула Жар-Птица пронзительно и взмахнула сильными крыльями.

Но Марна и так ухватилась за пестрые перья, что есть мочи. Пригнувшись, она обняла птицу за шею и прижалась к ней.

Буран все крепчал. Снег сыпал горстями, и ясный день посерел от вьюги.

– Уже недолго, – пропела птаха, скользя на воздушных потоках, словно пернатый змей.