Экс-любовники

Однако ярость быстро сменяется новой эмоцией, когда следом за ним появляются Радик и Эльсина. Я мечусь между ними взглядом, ощущая странную смесь тоски и трепета. Радик так возмужал и стал поразительно походить на Талгата Юсуповича. А Эльсина — самая настоящая голливудская звезда в своём сногсшибательном платье. Сколько мы не виделись? Больше полутора лет.

Гости парами начинают затекать внутрь ресторана. Первой заходит незнакомая мне пара: седеющий мужчина лет пятидесяти с черноволосой круглолицей женщиной.

— Рады приветствовать вас в «Родене», — свечусь я своей самой лучшей улыбкой. — Добро пожаловать! Администратор Лена проводит вас к столу.

Но уже в следующее мгновение улыбку приходится экстренно поднимать с пола, потому что в дверях появляется Карим. Быстро оглядывает меня с ног до головы и самодовольно скалится. Козлина.

— Рады приветствовать вас с «Родене», — с фальшивым благодушием повторяю я, глядя мимо него. — Добро пожаловать. Администратор проводит вас к столу.

Проигнорировав мой приветственный спич, он встаёт рядом.

— На правах хозяина я обязан сам встретить гостей. Красиво смотришься, Вася.

— Я всегда красиво смотрюсь, — отрезаю я, глядя как порог переступают брат и сестра Карима.

— Ой, смотрите, кто нас встречает! — раздаётся звонкий возглас, и в следующую секунду Эльсина, небрежно запихнув под мышку модный ридикюль, повисает у меня на шее. — Так рада видеть тебя, Васёна! Выглядишь отпад! Мне Карим рассказал, что ты здесь работаешь, но я только неделю назад из Лондона вернулась и заехать не успела. Помнишь Мадину? Вот у неё свадьба там была!

— Я тоже тебя рада видеть, — не без доли смущения говорю я, ощущая укол вины за то, что мы перестали общаться. Эльсина всё такая же шумная, как раньше, и ведёт себя так, будто мы не расставались. — Ты сама выглядишь обалденно. Просто глаз не отвести.

— Спасибо-спасибо! — Её горящие глаза радостно обшаривают моё лицо, не давая усомниться в том, что Эльсина рада меня видеть. — Платье я специально к папиному юбилею заказывала у Гагина… Короче, потом расскажу. Ладно, не буду тебя от работы отвлекать. Мы ведь ещё поболтаем, да?

Я киваю и, проигнорировав наблюдающий взгляд Карима, смотрю на Радика. Ничего не могу с собой поделать — тоже начинаю улыбаться как дура. В своё время я обожала его тискать почти так же, как Искандера, и тем самым доводить Карима до бешенства.

— Ну ты и подрос, джигит, — весело подмигиваю ему. — Эх, где были мои глаза? Не того брата я выбрала.

Радик бросает опасливый взгляд на Карима, от которого исходят волны сильнейшего раздражения, и, быстро меня приобняв, отходит на безопасное расстояние. Вообще, он далеко не скромник и только в присутствии старшего брата всегда ведёт себя так, будто его кастрировали. Это у них в семье так заведено. Пусть разница между ним и Каримом не больше пяти лет, но Радик почитает его как старшего и даже называет «абый» (тат. уважительное обращение к старшим. — Прим. автора). Эльсину это, кстати, почему-то не сильно касается.