Громова дубрава [сборник]

Я повесила плащ и сумочку на стоявшую в углу напольную вешалку, осторожно шагнула на узкие деревянные ступени. В тот же миг откуда-то сверху раздались звуки музыки. Мелодия была такой живой и чудесной, словно наверху играл королевский симфонический оркестр.

Я прибавила шаг и спустя несколько секунд вошла в просторную комнату, напоминающую бальный зал. Ее стены были окрашены золотистой краской, пол, как мозаика, выложен паркетными дощечками разных оттенков коричневого цвета, а с потолка вниз спускалась большая хрустальная люстра.

В центре комнаты стоял Айзек. Высокий, широкоплечий, с буйными каштановыми кудрями и большими глазами цвета горячего шоколада. Верхние пуговицы его белой рубашки были небрежно расстегнуты, от чего хозяин дома казался по-домашнему расслабленным. И невероятно сексуальным.

Мое сердце сделало кульбит, а потом забилось, как сумасшедшее.

— Добро пожаловать, Анита, — с улыбкой сказал Айзек. — Что же ты стоишь на пороге? Входи, моя прелесть.

Я сделала шаг вперед. Чуть замешкалась, чтобы положить коробку с подарком на стоявшую в углу тумбу, а когда перевела взгляд на мужчину, оказалось, что он стоит прямо передо мной.

— Где же остальные гости? — робко спросила, пытаясь побороть нахлынувшее смущение.

Хозяин дома улыбнулся и пожал плечами. А затем взял меня за руку и повел в середину залы.

— Шампанского? — тихо спросил он, и от его голоса моя спина мгновенно покрылась мурашками.

— Н-нет, — пробормотала я. — Я не пью…

— Тогда — танец? — по моей талии скользнула сильная ладонь. — Начинать праздник с вальса — это так романтично… Ты умеешь танцевать вальс, Анита?

— Умею…

Музыка стала чуть громче. В объятиях Айзека было тепло и уютно, казалось, будто меня подхватил летний ветер, и теперь я лечу, едва касаясь ногами пола. Глаза мужчины затягивали, как два бездонных омута, в которые хотелось погрузиться с головой, а где-то глубоко внутри рвалось наружу желание прижаться к нему всем телом и никогда не размыкать объятий…

Боже… Позавчера, когда мы столкнулись среди полок книжного магазина, он казался милым и веселым и таких сумасшедших чувств вовсе не вызывал…

— Ты такая сладкая, — прошептал Айзек мне на ухо. — Такая вкусная, что хочется выпить тебя, как вино. Всю, без остатка.

Он склонил голову и, продолжая смотреть в глаза, осторожно коснулся губами моих губ. На мгновение мне показалось, что в глубине шоколадных омутов блеснул золотистый огонек.

Что ж, пора.

Я выскользнула из его объятий и плавно отступила в сторону.

— Анита? — удивился хозяин дома. — Что с тобой, прелесть?

— Мы не настолько близко знакомы, мой дорогой, чтобы пить меня без остатка, — фыркнула я, сбрасывая с себя последние крохи очарования, ставшего теперь липким и противным, как и любая чужеродная магия.

Желтые огоньки в глазах Айзека пропали, а взгляд стал удивленным. Он попытался сделать ко мне шаг, но только дернулся — и остался на месте.