Отец лучшей подруги
- Автор: Майер Жасмин
- Серия: Запретные отношения #4
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Отец лучшей подруги». Краткое содержание книги:
Увлеченно проглатывает один оладушек за другим.
— И все-таки, Платон.
— Я свои ночные бдения отсидел, когда Юля была маленькая.
— То есть, ты им не помогаешь.
— А что я могу? — разозлился. — Она еще кормит грудью, а Егор не успокаивается ни у кого, кроме как у нее на руках. Песенки, тетешки, стишки — все до задницы, когда ему нужна мать!
— А ей нужен балет…
— Что ты сказала? — хмуро уставился на меня.
— Ты слышал.
— Какой еще балет? У нее маленький ребенок, семья!
То есть, все еще хуже, чем я себе представляла. Платон даже не понимает, что балет из жизни Юли не исчез навсегда, она только поставила карьеру на паузу.
— И не смей снова закатывать глаза. Бесит страшно!
— Как тут не закатывать глаза, если ты жизнью своей дочери вообще не интересуешься?
— Не успела приехать, а уже раскомандовалась!
Он вдруг усмехнулся.
— Знаешь, тебя тут очень не хватало. Зря ты с армией так решила… Юля была бы на седьмом небе, если бы ты осталась в России.
— В качестве кого? Твоей содержанки?
— Я уже извинился, Лея… Это предложение никак меня не красит, но что есть, то есть. Такова моя жизнь… Ничего другого я предложить не могу. В чувства не верю, за новыми женами, как Ростов, не гонюсь. Но я мужчина и мне нужен секс. А за хороший секс я готов платить, сколько нужно.
— И со мной… Тебе было хорошо?
— Да.
— А если я… — мой голос осекся.
Платон будто окаменел.
— Закончи свою мысль, — говорит тем же голосом, каким когда-то велел открыть рот и дышать носом.
— Нет, это плохая идея.
— Не могу ее оценить, пока не узнаю.
— Забудь, — тряхнула головой. —Забудь, Платон…
Ну точно на меня до сих пор действует алкоголь. Иначе что на меня нашло? В своем уме такое ему предлагать?!
Он допил кофе и съел последний оладушек на тарелке. Вымыл руки и снова взялся за брошенные на другой стул галстуки.
Приподнял один, скривился, покрутил во все стороны другой.
— Какой галстук выбрать? У меня сегодня важная встреча.
— С кем? — постаралась, чтобы голос звучал ровно.
А если с Оксаной опять? Зачем он прихорашивается?
— Я думал, галстуки выбирают в зависимости от цвета костюма, а не от того, с кем предстоит встреча… И все-таки я скажу, раз тебе интересно. У меня встреча с одной женщиной. Я встречаюсь с ней на работе последние полгода.
— Так пригласи уже ее на свидание, чего ты пристал ко мне?
Откидываюсь на спинку стула, сложив руки на груди.
— А ну да, как я забыла, ты же считаешь свидания бесполезной романтической чушью… Значит, полгода вместе работаете, а ты до сих пор ничего не сделал? На тебя не похоже. Как так? Ты же сразу ноги врозь, рот нараспашку. По-моему, совершенно неважно, какой при этом на тебе будет галстук.
Что я делаю? Зачем подливаю масла в огонь?
Смотрит на меня ядовито-зеленым, пристальным взглядом. От одного только его взгляда в теле снова вспыхивают вчерашние искры.
— Умеешь завязывать галстуки?
— Еще бы, — фыркаю.
Я же не умею! Зачем я это говорю?!
— Тогда завязывай.
Жаль этого нельзя сделать на расстоянии или силой взгляда. Встаю на негнущихся ногах и обхожу стол.
Платон смотрит сквозь меня, куда-то в залитое дождем окно во всю стену. Видимо, там куда интереснее, чем здесь.
Беру со спинки стула один из атласных галстуков. Тот, что меньше всего подходит под цвет его костюма. Ну а что? Не передо мной же красоваться, а перед какой-то кикиморой с работы.
Где у него вообще изнанка? А начало у галстуков с узкой стороны или широкой? Да какое вообще начало?...
Платон любезно раздвигает для меня ноги, чтобы я подошла ближе.
Облизнув пересохшие губы, распрямляю ворот рубашки.
— По-моему, сорочку нужно застегнуть.
— И без тебя знаю, — огрызаюсь.
Берусь за последнюю пуговицу и застегиваю. Аккуратно, чтобы не коснуться даже случайно его шеи или подбородка.
Платон побрился. От него так приятно пахнет одеколоном, мылом и свежестью, а мне сейчас так не хватает под футболкой трусиков, не говоря уже о мозгах и нормальной одежде.
Теперь галстук.
Пропускаю его под твердым воротом и берусь за оба конца, судорожно соображая, как из него сотворить хоть какой-то узел.
И тут Платон касается моих голых ног.
Гладит чувствительную кожу под коленками, поднимаясь все выше. Забирается под края длинной футболки и поглаживает мои бедра, чуть ниже ягодиц.
Я остаюсь на ногах только благодаря тому, что держусь за его галстук, как за вожжи. Измученная томительной лаской, я только и могу что выдохнуть:
— Что ты делаешь?...