Дневники, письма. Воспоминания современников [litres]

16.8.46 г. Много дней ничего не делал. Болтался по Тайге почти без цели. Может быть, живя на Урале, я буду тревожить себя этими воспоминаниями, может быть, для этого и ходил…

4.9.46 г…19 августа я уехал из Тайги… До Свердловска ехали трое суток… Из Свердловска мы поехали на Челябинск, куда и были командированы. Мы везли с Гошей (Тонких, друг. – Е.Ч.) кедрового ореха по полсотни стаканов. Там мы их продали по червонцу стакан. Побродили по городу. Хороший. С большим будущим. Были на карнавале. Удовольствия не получили никакого, да и что могло быть?! Наиболее сильное впечатление было от цирка, выступающего на эстраде. Все было так пошло и глупо, недалеко и жалко…

В правлении, с нашего согласия, конечно, получили назначение в депо Троицк… Сначала не было квартиры. Долго бегали по поселку, и, наконец, благодаря судьбе, переменчивой, посчастливилось найти комнату прямо около депо, недалеко от клуба, парка, вокзала, магазина, «балочки». Хозяйка как будто хорошая. Наше дело – достать топливо. В депо нет спецодежды; все равно, сколько ни жди, придется выходить на работу в своем. Потом будем жать. Ходили по базару, городу, станции. Троицк. Город находится на 120 км южнее Челябинска, расположен в котле – старом русле Уи и Вилюйки – рек, здесь протекающих. Город, который еще в начале этого века соперничал с Челябой, является типично купеческим. Это видно по архитектуре домов, надстроек, количеству церквей и самому достоверному – рассказам троян (буду называть этим древним именем жителей теперь моего городка). Имеется в городе один институт(!!!), два техникума, несколько библиотек, театр и 6 церквей. Город самобытной провинциальной жизни и провинциального невежества…

На рынке мы с Гошей купили картошки, масла, луку, крупы, искупили 100 рублей. Не знаю, как будем жить. Придется выкручиваться. Ну, удачи желаю тебе, Владимир Алексеев сын.

12.9.46 г. Итак, я начал работать. Хожу в депо уже четыре дня. В работе много халтуры. Избежать ее почти нет никакой возможности. Будем работать…

17.9.46 г. Прошло 3 недели, как я здесь, написал десятка полтора писем, и ответ пришел пока только от родной матушки… Письмо из дому дохнуло на меня таким страхом и беспомощностью перед надвигающейся нуждой, что я много времени ходил, ни о чем другом не думая, кроме их, моих родных. Вообще настроение не из хороших. А тут еще проблема пит.(ания). Грошей 150 р. на двоих. До получки – долго. И что всего хуже – постановление о повышении цен на продукты. Сегодня с Гошей пообедали в столовой, заплатили 25 рублей. Мы, когда голодные, находим время позлиться сами на себя, наплевательски махнув рукой на окружающее, и утешать друг друга с натянутыми улыбочками: «Ничего, Гоша», «Конечно, заживем, Володя!» Торопливо справляясь о ценах, вытаскиваем деньгу и покупаем картошки, да почтут память ее потомки наши снятием уборов головных (если таковые будут в то время – «головы и уборы»). Маньяками ходим за Воропаевым, добиваясь обмундирования. Кажется, что-то начало получаться. Сегодня мы с унылым видом посмотрели на нашу бутыль с остатками масла, посмотрели друг на друга и молча представили многое. Эх, что говорить.