Упавшее небо

— Не понадобится повторный запуск, принимай аппарат и возвращаемся на позицию за городом, — отмахнулся Патрушев, вчитываясь в строки упавшего ему электронного информпакета. — Вход в подземное убежище удерживал смешанный отряд полиции, им удалось сосредоточенным автоматным огнем уничтожить несколько тварей — там удачная позиция, и враги подходили по одному. Ворота они закрыли с наступлением сумерек, поскольку не имелось средств засечь врага в темноте и патроны подходили к концу. Однако повторных нападений не последовало. Про засаду в деловом центре они ничего не знают, никого не отправляли.

— Наверное, Синицин с Кирпичом наткнулись на эмчеесовцев, от них про канатку и узнал, — дошло до меня. — Без них “воздушную дорогу” не согласовать с городскими властями было, да и монтировали, скорее всего, они же.

Знаю я эту кухню немного, так уж получилось. Многие служащие МЧС без всякого преувеличения и пафоса герои: основная часть личного состава так или иначе регулярно рискует жизнью — работа такая. Однако род занятий совершенно не мешает тем же людям получать свой маленький гешефт в личных целях, если подворачивается такая возможность — навыки-то у них такие, что среди, например, обычных строителей хрен найдешь. Ту же “зип-лайн” безопасно прокинуть уметь надо. А тут и гарантия качества, и служащий, у которого официальный выходной на основной работе, подежурит для безопасности те несколько часов, пока ресторан по выходным шедрых клиентов катает. Всем хорошо.

— Возможно, у некоторых городских служб с советских времен остались собственные бункеры, ведомственные? — первая догадка потянула за собой вторую. — Да и обычные люди могли спрятаться от октов кто где…

— Не “могли”, а так и сделали: разведчики пятнадцать человек подобрали, услышавших или заметивших проезжающие машины и успевших подать знак, — Вадим коротко глянул на меня прежде, чем его пальцы опять запорхали над клавиатурой. “Ты уж совсем нас за идиотов не держи, эксперт, блин,” — “сказало” мне выражение его лица. — Что касается других укрытий, ищу информацию…

Тут наша БМП качнулась на гусеницах, негромко рыкнув двигателем, развернулась на одном месте и плавно набирая ход, отправилась обратно в пригород. А я, с некоторым опозданием, вдруг понял, что именно сейчас происходит у второго, не пострадавшего бункера ГрОб. Дети, женщины, старики — да и мужчины тоже — сейчас умоляют, угрожают, плачут, делают все, чтобы их забрали из убежища в безопасное, по их мнению, место. Там, где их будут защищать дяди с большими пушками — те самые, которые сейчас припёрлись к воротам… и никого не увозят, только вопросы какие-то задают!

И от этих не отговоришься, что нужно дождаться прибытия спецтехники или саперов, чтобы вскрыть покореженные створки. А чистая правда, что у разведчиков нет возможности хоть кого-то вывезти, кроме, может быть, нескольких самых тяжелых раненых — заранее воспринимается как ложь и попытка оставить бедных несчастных мирных жителей умирать в каменном мешке. Только б “ладье-главному” не пришлось отдавать приказ о стрельбе на поражение за неподчинение приказам — право-то он теперь имеет, военное положение введено, как ни крути…