Скворцы и Проклятые самоцветы (СИ)

Поэтому Ратмира он знал и до того, как кто-то из папиных подчиненных свел их в одну группу. Новгородцев был своим, знакомым, понятным. Пусть они и не общались по-настоящему близко, но все же давнее знакомство значительно облегчает дальнейшее взаимопонимание.

– Я понимаю, – начал говорить Ратмир, – что такой валенок, как ты, мой дорогой брат, не видит ничего дальше своего волчьего носа, но все же поражен такой близорукостью.

В тоне Ратмира сквозило театральное пренебрежение, да и сама фраза была слишком уж заковыристой для него.

– Чо? – некультурно переспросил Богдан.

– Через плечо! – ответил Ратмир, который тоже много времени проводил с оборотнями-маглами и нахватался от них далеко не аристократических выражений. – Я при тебе подкатывал к Васе в прошлом году, а она изящно свела все это к побегу с территории школы, массовой пьянке и клятве в вечной дружбе. Помнишь, ты ее еще братаном называл?

Богдан замер. Макс даже не сдержался, хмыкнул: настолько напряженно думал Богдан, пытаясь вспомнить события прошлогодних соревнований.

– Ты к ней подкатывал? – наконец очнулся он.

Ратмир тяжело вздохнул и присел на спинку кровати, балансируя на одной ноге.

– Какой же ты лопух временами. Даже не верится, что наполовину мой родственник. Вот не зря говорят – по женской линии вообще ничего не передается.

Богдан, не став спорить с ним, снова сел на кровать и заговорил уже без своих привычных шуток и иронии в голосе:

– Нет, ну вот серьезно. Как-то же тебе удается обычно девушек кадрить? И никто потом не злится. Сколько у тебя уже свиданий было?

– Главное здесь то, что девушки тоже были не против познакомиться и сходить со мной погулять, – уточнил Ратмир.

– Не юли, – мотнул головой Богдан. – Давай, выкладывай все секреты в максимально сжатом виде. Какие там основные пункты по завоеванию девушки?

Ратмир тяжело вздохнул. Его такие вопросы порядком раздражали. В основном потому что универсального способа просто не существует. Девушки ведь – не спортивный снаряд, чтобы с каждой обращаться одинаково. Но Макс смотрел на него так внимательно, что Ратмир сдался:

– Я сразу понял, что она не хочет ни с кем знакомиться ради какой-то романтики. Поэтому и пытаться не стал. Шансы – минимальны.

– Но ведь есть? – влез Богдан.

Ратмир тяжело вздохнул:

– Не надоедай, говори на интересные, но отвлеченные темы. В ее случае – какие-нибудь дуэльные заклинания, аврорская работа. Говори о себе только в контексте этого разговора и никогда не рассказывай несколько историй подряд. Строй фразы так, чтобы каждая следующая часть рассказа заставляла ее спрашивать что-то.

Богдан удивленно хлопал глазами. Макс-то все запомнит, у него не мозг, а магловский суперкомпьютер, а как остальным быть?

– Не приглашай куда-то вдвоем. В компании она будет чувствовать себя в безопасности, поэтому будет чаще соглашаться. Выделяй ее в толпе. То есть постоянно спрашивай: а что хочешь ты? Не говори напрямую о чувствах, но и не давай ей забыть о том, что уже было сказано. Оставь всю романтику строго для вас двоих. Чтобы остальные могли только догадываться. Никаких охапок цветов – девушки с мозгами считают это невероятной пошлостью. Пиши письма к небольшим, но редким букетам и подаркам. Девушки жутко любопытны, она просто не сможет его не прочесть. А если хорошо напишешь – то она улыбнется.

Он замолчал, не зная как правильно выразиться, а потом добавил:

– Пиши о чувствах, а не говори. Когда говоришь – вроде как вынуждаешь ее слушать, а если пишешь, то ее выбор – прочесть письмо или нет. Через пару недель пригласи на свидание, и тогда уже можешь снова сказать вслух, но не раньше.

– А говорил, что все индивидуально, – криво усмехнулся Макс. – А сам целую лекцию прочел.

Ратмир широко улыбнулся, вставая со своего “насеста”:

– А еще знаешь, какой подарок можешь ей сделать?

– М-м-м? – Макс уже почти ушел в свои мысли, размышляя над лучшей стратегией поведения.

– Добейся, чтобы нашу группу взяли на практику для расследования этих проклятий. Ей это жутко интересно.

***

Их всего трое. И для семьи-то немного, что уж говорить об одном из самых могущественных родов в Магическом Союзе? Во многом, конечно, власть базируется на сильных вассальных родах. Мало кто рискнет ссориться с теми же Волковыми. Устроить войну магов и оборотней – практически синоним геноцида. Кроме того, клятвы верности стране защищают и тех, кто эти клятвы дает. Макс принес ее в прошлом году и теперь его тоже нельзя обвинить в измене или грязных помыслах – он поклялся быть слугой страны, защищать жителей и вести страну к процветанию.

Эта же клятва гасит и магические откаты. Будучи главой огромного государства, все равно попадешь в такую ситуацию, когда придется чем-то жертвовать. Как деду Макса, например. Во время Второй Мировой войны маглов он отозвал отряды авроров с северных границ, где на города нападали темные создания. Это было необходимо. Гриндевальд тесно сотрудничал с маглами, нарушая основной принцип Статута – не вмешивать магию в магловскую политику. Закаленные в боях с северными тварями, бывалые авроры вступили в ряды Советской армии. Чтобы защитить большее количество народа, деду пришлось поставить под удар с полсотни мелких северных поселений. То есть частично нарушил свою же клятву – защищать жителей страны. Но это проступки в пределах допустимого. Главное – не предавать свою страну, заботится если не о всех, то о большинстве. А мерилом успеха выступает совесть мага. Невозможно обмануть самого себя. Ты всегда будешь знать, что была возможность спасти большее количество людей.