Каменное сердце [= Камни вместо сердец][Heartstone]

Оказавшись снаружи, я заморгал от неожиданно яркого света. Мостовую покрывали градины, блестевшие под снова обретшим голубизну небом. Воздух посвежел, сделался прохладнее… Я осторожно направился прочь, хрустя хрупкими льдинками на ставшей скользкой мостовой. Во дворе появились люди, укрывавшиеся от грозы в дверях.

Я решил заглянуть к Бараку, благо это было как раз по дороге, и узнать, вернулся ли он. К тому времени, когда я оказался на Чаринг-Кросс, град полностью растаял и земля под ногами была уже лишь слегка влажной. Проходя мимо роскошных новых богатых особняков, выстроившихся вдоль Стрэнда, я размышлял об Эллен. Как могло случиться, чтобы ее поместили в Бедлам, не выписав перед этим заключение о безумии? Кому-то явно заплатили и до сих пор платят за то, чтобы бедная женщина оставалась там. Насколько я понимал, мисс Феттиплейс вполне свободно могла оставить лечебницу хоть завтра, но вот парадокс — именно этого она сделать никак не могла.

Я свернул на Батчер-лейн, короткую улочку, по обеим сторонам которой выстроились двухэтажные дома. Барак и Тамазин снимали первый этаж аккуратного домика, выкрашенного в приятные глазу желтый и зеленый цвета. Я постучал в дверь, и мне открыла мамаша Маррис, крепкая женщина сорока с лишним лет. Обычно Джейн Маррис пребывала в приветливом и благожелательном настроении. Но в тот день она казалась озабоченной.

— В порядке ли миссис Тамазин? — спросил я с тревогой.

— Она-то в порядке! — ответила Джейн несколько резковато. — А вот про мастера так не скажешь.

Она провела меня в опрятную крохотную гостиную, за окошком которой светился яркими цветами сад. Тамазин сидела посреди груды подушек, придерживая руками живот. По лицу ее текли слезы, но выражение на нем было гневным. Джек Барак со смущенным видом сидел в жестком кресле возле стены. Я посмотрел по очереди на них обоих:

— Что случилось?

Тамазин бросила на супруга яростный взгляд:

— К нам вернулся тот офицер. И записал дурака Джека в армию!

— Что? Но они ведь берут в основном неженатых!

— Для нас сделали исключение, а все потому, что Джек вел себя вызывающе, — объяснила молодая женщина. — И позволил себе сцепиться с ним. Джек считает, что может поступать, как ему заблагорассудится. Ему все еще кажется, что он по-прежнему любимый слуга Томаса Кромвеля, а не простой помощник адвоката.

Барак дернулся:

— Но, Тамми, я не думал…