Дракон Нерождённый [litres]

Голем из Беркагоста стоял на носу недвижно, смотрел на приближающиеся горы своими линзами. Ему было всё равно, а вот люди от долгого путешествия утомились. Райла сидела у фальшборта, прижимая к себе Лаухальганду, гладя его по гладкой «резиновой» голове, слушая мурчание; она утомилась. Майрон держался намного дольше, часами бродил от носа к корме, разглядывал необъятные просторы, особенно на горы. Они всегда звали. Впрочем, в конце концов и он уселся рядом, достал трубку.

– Странно да? – сказала она. – Мир такой маленький.

– Что?

– Мир. Он маленький на самом деле. – Райла провела пальцами по уху Лаухальганды, которое было точь-в-точь кошачье. – Внизу этого не замечаешь, скачешь по дорогам дни и недели, всякая мелкая преграда может тебя остановить, мир кажется необъятным, но вот я здесь, на корабле, преодолеваю месяцы пути, сидя на заднице. Оказывается, мир такой маленький.

– Магия делает возможным почти всё, – сказал Майрон, как ей показалось, с некой грустью. – Спасибо тебе.

– За что?

Его плечи приподнялись и опустились.

– За то, что нашла меня.

– Ты этого хотел?

– Нет, – ответил он честно. – Однако же теперь, когда ты рядом, я рад.

Она опустила голову, пряча улыбку, и Лаухальганда улыбнулся тоже. Он любил улыбаться, – как иначе, если кроме рта и ушей у тебя ничего нет, а чувства выражать как-то надо.

Ладья оставила позади равнины и теперь под килем плыли горные пики. Место, куда она стремилась, показалось сначала неясной помаркой, но вскоре очертания сделались резче. Майрон заставил Райлу взглянуть и вид поразил её до дрожи. Посреди горных цепей, лежало гигантское тело. Оно узнавалось только в очертаниях, – пара рук, пара ног, голова, – и занимало целую долину. Оно и было долиной.

– Керн-Роварр, Могила Великана. Ни с чем его не перепутать.

– Майрон, они бывают такими?! Великаны, то есть?

– Самые высокие, известные нам, достигают роста больше ста шагов[10] и обитают очень высоко в горах, – кто бы знал, как они дышат разряженным воздухом при своих-то размерах. Но этот был на порядки выше, и подобных ему древние книги называют Зодчими. Такие колоссы время от времени перестраивают саму природу, могут разрушать хребты, рыть долины, возводить новые пики. Маги древности считали их бессмертными, но этот как-то сподобился умереть.