Великая аграрная реформа. От рабства до НЭПа
- Автор: Прудникова Елена Анатольевна, Пучков Дмитрий Юрьевич Goblin
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Питер
- ISBN: 978-5-4461-1367-5
- Жанр: История
Электронная книга - «Великая аграрная реформа. От рабства до НЭПа». Краткое содержание книги:
Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда большевики совершили невозможное, проведя невероятную по смелости аграрную реформу. Не осмыслив сути этой реформы и цены, которую наша страна заплатила за то, чтобы вырваться из феодализма, невозможно понять то страшное и великое время.
Д. Пучков: Власть прислала отряд и всех того?
Е. Прудникова: Не обязательного «того». Отрядам давался строжайший наказ: разбирать дела по существу и «классово близких» не обижать. Так что могли похватать зачинщиков, а могли и выживших «советских» — это в зависимости от умонастроения командира отряда.
Естественно, все три Совета вели себя по-разному. Большевистский выполнял указания о хлебопоставках согласно инструкции. То есть прошли активисты по своему селу, выгребли излишки у кого надо — в деревне ведь знают, кто как живет и что у кого есть. Кстати, почему-то считается, что эти излишки забирали даром. Ничего подобного — их не забирали, а покупали, но по твердой государственной цене. И только если находили спрятанное продовольствие — вот тогда уже конфисковывали.
Д. Пучков: А излишки — это что такое? Кто их рассчитывал? Советы? Продотряды?
Е. Прудникова: Ага, продотряды — они насчитают! Нет, это все шло сверху. Еще до войны была определена так называемая «физиологическая норма», то есть минимум продовольствия, обеспечивающий выживание. Если говорить о зерне, там было 12 пудов в год на человека, 18 — на лошадь, 9 — на корову, еще какая-то мелочь на мелкий скот… Грубо говоря, приходил продотряд, подсчитывал, у кого сколько есть, и все, что сверх нормы, забирал по твердой цене. И практически все разборки между крестьянами и властью в основе своей имели только одно: вольную цену на хлеб и отмену хлебной монополии. (Под словом «хлеб» я, конечно, имею в виду и остальные продукты. Это мы так обобщенно называем: хлеб.) Кулацкий Совет отменял решение правительства о твердых ценах и говорил: а вот у нас, поскольку вся власть Советам, цены будут вольные. Ну а уголовный Совет обложил всех натурными поставками типа курей, свиней, баб и просто пил да развлекался. Но если атаман был поумней, то поставки он выполнял, чтобы не вступать в конфронтацию с властью. Он лучше потом в другом месте свое доберет.
Д. Пучков: Но ведь это и есть так называемая демократия, когда народ свою волю выражает и реализует. Она вообще какую-то пользу несет в плане благоустройства, повышения урожаев, обогащения всеобщего? И вообще, несет какую-то пользу?
Е. Прудникова: Демократия без организующей руки государства? Может быть, где-то она эту пользу и несет, возможно, у американских колонистов это было полезно — где-нибудь на Диком Западе, где до ближайшей государственной власти три недели галопом… В России из этого ничего путного не вышло, получился совершенно невероятный бардак. Для начала все, кто мог, сделали свои государства. Ну, то, что Украина отделилась, Финляндия отделилась — это понятно, они давно хотели, а тут настал удобный момент. Казаки создали свое государство — тоже понятно, их еще при царе собирались лишить земельных и прочих привилегий, как тут не отделиться? Замечательный фильм «Свадьба в Малиновке» ведь тоже отражает реальные события. Какая-нибудь волость из трех сел тоже могла объявить о создании своего государства, напечатать свои деньги, выбирать свое правительство — и ведь так делали! Иногда — но делали! Залетит какой-нибудь эсер в сельский Совет, распропагандирует население — и вот вам еще одна республика!
Какой только сволочи не бывало в сельских Советах! Приличный человек туда не всегда пойдет, у него своих дел полно, ему надо крышу перекрывать, надо зерно к посеву готовить, а не в сельсовете заседать. Поэтому выбирали иногда уважаемых людей, иногда тех, кому особо делать нечего, а иной раз просто горлопанов. Ну, а потом все это дело расхлебывали.
Д. Пучков: Должны же быть какие-то приманки… Во-первых, это власть, то есть резкое повышение личного благосостояния. Соответственно, должна быть категория граждан, которые туда рвутся.
Е. Прудникова: Нет, если не имелось своего интереса в решениях власти, как у кулаков, повышения личного благосостояния там не было, в общем-то, никакого. Известны случаи, когда Совет постановлял, например, зарезать корову на нужды местной власти. Но не факт, что это постановление выполнялось — властей много, а коров мало. Уголовники или фронтовики могли мужиков принудить, если их вилами не потыкают. А простые сельчане — нет.
Д. Пучков: От власти никакой выгоды нет? Так не бывает…
Е. Прудникова: Во-первых, оставалась община, которая никуда не делась: был староста, были общинники, эти бородатые «достаточные крестьяне». Взаимоотношения общины и сельсовета — тема сама по себе интересная. В мае восемнадцатого прибавилась третья власть — комбеды, а кое-где и четвертая — ревком. Могла еще и коммунистическая ячейка образоваться — считай, пятая власть… Почему я и говорю: властей много, а коров мало.