Шиноби Мрачного Рассвета [не закончено]

Куда только делся хладнокровный политик. Смотрящий на Хана шиноби был в ярости, от которой даже джинчурики становилось не по себе.

— И все сработало! А они все равно ушли, понимаешь?! Пусть с потерями, но ушли! Ушли... А Хирузен мертв, Джирая на грани, Какаши лишь в чуть лучшем состоянии. — Минато глубоко вздохнул и прикрыл глаза успокаиваясь. — Ты спрашиваешь, зачем я спас тебя? — вновь взглянул он на Хана. — Затем, что я недооценил Акацки. И чем больше будет тех, кто встанет на их пути, тем лучше. Сегодня ты видел сам, на что они способны. Это... Я вообще не знаю, что это такое, — устало закончил он.

— Честно. И все равно спасибо.

— Хватит трепаться! — рявкнула на них Цунаде, доселе работавшая молча. — Минато, печати! Мне нужна биджева операционная, или он помрет прямо здесь!

Хокаге метнулся к раненным. Джинчурики, почуявший тайну, не сводил с него взгляда, нисколько не скрывая интерес. Вот в руках Минато мелькнула серая... дощечка? Хлопок... Хан неверяще моргнул, когда Джирая исчез. Через секунду за ним отправился Какаши.

— Дай руку посмотрю...

— Переживу! — отмахнулся хокаге, торопливо складывая печати. — Сама приготовься.

Десять минут суеты, несколько призывов жаб, и они остаются втроем. Печати с раненными и целительницей унесены животными.

Хан устало откинулся на землю. Вряд ли эти три экземпляра фуин уникальны. Вот что Минато имел в виду, говоря о скором окончании войны. Если он нашел способ создавать надежные и компактные печати, способные принять шиноби... Какая война? Смешно. Где один призыватель, там вся армия Конохи. Сегодня здесь, завтра в другом месте. Мобильность, возведенная в абсолют. И даже если количество печатей ограничено, ничто не помешает Йондайме гонять по свету отряд шиноби S-ранга. Во главе с самим собой. Вся стратегия войн какурезато устарела в одно мгновение.

— Ты понял, — Намикадзе не спрашивал.

— Да, — печально кивнул Хан, — а Кушина?

— Двойное запечатывание, — ответила за мужа куноичи. — Не хочется проверять, как поведет себя печать джинчурики. Так что мы по старинке. Хирайшином и ногами.

— А ведь мы устарели, Кушина, — усмехнулся ивовец.

— Устарели?

— В мире, где боевые отряды перебрасываются через призыв, джинчурики, неспособные запечататься, потеряют свое значение. Слишком... медленные. Будем сидеть по деревням, обрастая мхом...

— Во-первых, не худший вариант, — сухо ответила Кушина, — во-вторых, что за мир ты выдумал? Такие печати есть только у Конохи.