Древо Паисия

Отец Феодор не только поучал братию, но и являл им пример жертвенного служения ближним. Когда в обители случилась эпидемия некоей тяжёлой и опасной заразной болезни, отец Феодор, рискуя жизнью, ухаживал за больными; при этом сам заболел и чуть было не умер.

Во время болезни, когда Феодор на трое суток потерял сознание и, как подумали его друзья и ученики, приблизился к кончине, ему было Божественное видение. Феодору явился некий безвидный юноша, ощущаемый одним сердечным чувством, и повёл его узкою стезёю в левую сторону. «Так, — говорил смиренномудрый Феодор самому себе, — я уже скончался, неизвестно, спасусь ли или погибну?» — «Ты спасён», — ответствовал ему глас. И вдруг некоторая сила, подобная стремительному вихрю, перенесла его на правую сторону. — «Вкуси сладость райских обручений, которые даю любящим Меня», — вещал ему невидимый глас.

При этих словах ему показалось, что Сам Спаситель наложил десницу Свою на его сердце, и он был восхищён в неизреченно приятную обитель, совершенно безвидную, неизъяснимую словами земного языка. От сего чувства перешёл он к другому, ещё превосходнейшему чувству, и потом к третьему, которые, по его собственным словам, сам он мог только помнить сердцем, но не мог понимать умом. Потом увидел церковь, и в ней на правой стороне близ алтаря шалаш, в коем было пять или шесть человек. «Для сих людей отменяется смерть твоя, для них ты будешь ещё жить», — сказал мысленный глас. Тогда открыт был ему духовный возраст некоторых его учеников.

После этого видения Феодор встал с постели совершенно здоровым и сразу же отправился ухаживать за больными. Когда эпидемия прекратилась, схимонах Феодор переселился из монастыря в маленькую лесную келью, где стал жить с отцом Львом, который сложил с себя настоятельство, и с ещё одним старцем Клеопой (Антоновым).

Но не может укрыться град, стоящий на вершине горы — скоро слава о великих достоинствах схимонаха Феодора распространилась, беспрестанно стали толпиться при дверях его кельи многочисленные посетители и нарушать безмолвие пустынножителей. Поэтому монахи удалились из Белых Берегов и стали странствовать.

Несколько лет провели на Валааме, там скончался отец Клеопа, а потом перешли в Александро-Свирский монастырь, ставший последним местом земной жизни отца Феодора. За день до блаженной кончины он имел утешительное видение о своей вечной участи, ему было возвещено: «Феодор! Настало время твоего отдохновения. Приди к нам!» В Александро-Свирском монастыре и был погребён схимонах Феодор, духовный сын преподобного Паисия (Величковского) и духовный отец великого Оптинского старца Льва.