Индонезия — острова и люди
- Автор: Кашмадзе Игорь Ильич
- Год: 1987
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Индонезия — острова и люди». Краткое содержание книги:
Файл сделан из файла DOC, за точность полного соответствия оформления не ручаюсь. Иллюстрации и сноски отсутствуют.
Доисламские верования на Яве чаще всего выражаются в обрядности, в многочисленных праздниках в честь различных сверхъестественных сил: морских царевен и т. п. Наиболее распространено на всем южном побережье Явы поклонение царице Южных морей Кадженг Рату Роро Кидул. Вера во всесилие обитательницы морских чертогов настолько вошла в жизнь яванцев, что в честь ее устраиваются пышные праздники. Эта вера поддерживается тем, что океанское дно у побережья очень зыбкое, сыпучий песок буквально уходит из-под ног, многим кажется, что морская царевна может увлечь за собой в пучину. Нередки случаи, когда купающиеся в бухте Королевы и других местах южного побережья Явы тонут на глазах многочисленных отдыхающих. Из суеверия их почти никогда не пытаются спасти. Однажды я присутствовал на красочном празднике рыбаков в Тренггалеке (Восточная Ява), посвященном Роро Кидул. В празднике воплощался синкретизм верований яванцев: он был приурочен ко дню рождения пророка Мухаммеда и одновременно считался символом единения рыбаков с природой, поклонения силам стихии. Морской царевне были преподнесены красочно оформленные дары природы: овощи, фрукты, рис, рыба. Часть даров была отдана морю как свидетельство всеобщей готовности отплатить за щедроты Морской царевны и задобрить на будущее. Остальное было роздано нищим. Разыгрывались также сценки из жизни Морской царевны.
Почитаются священными и могилы видных деятелей прошлого, как, например, могила князя Джаякерты. Совершается и массовое паломничество на могилу последнего правителя империи Маджапахит на склоне горы Селаронг около Джокьякарты. Не все паломники преисполнены религиозных чувств. Молодежь просто гуляет, веселится. Верующие, так же как и на могиле князя Джаякерты, просят благословения. Другие просят богатства, чинов, прибавки к жалованью и т. п. Молодые девушки просят помочь поскорее выйти замуж. Тут же забивают овец, режут кур, а мясо раздают нищим. На Центральной Яве, начиная с XIX и особенно в XX веке, распространились секты и религиозные верования как мусульманского, так и синкретического толка. Как правило, их возникновение было связано с националистическими, антиколониальными устремлениями, социальным протестом, включая протест против клерикальной элиты, сотрудничающей с властями в ущерб интересам рядовых верующих. Некоторые секты борются за чистоту ислама, против смешения ислама с доисламскими верованиями, против части улемов, которых называют вероотступниками (кафирами).
В наиболее выраженной форме эти верования нашли свое выражение в «кебатинан» (от слова «батин» арабского происхождения, означающего что-то сокровенное в сердце, в душе, обладающее волшебной, сверхъестественной силой). Расшифровывается кебатинан как «поиск в собственном я» с целью достижения гармонии в земном существовании. Основной способ, которым приверженцы этого верования стремятся к достижению высшей цели, — упражнения в созерцании. Кебатинан уделяет не так много внимания проблемам загробной жизни, а сосредоточивает внимание на метафизическом поиске гармонии в этой жизни, в самом себе, гармонии с природой, с вселенной, с богом.
Кебатинан — типичный продукт яванской философии, яванского мышления, основанного на синтезе понятий. Он имеет нечто общее с конфуцианством, с его попытками установить гармонию между индивидуумом и обществом, с его культом предков. Есть нечто общее и с даосизмом с его верой в сверхъестественные силы и в возможность общения с душами умерших, с буддийской философией удовлетворенности и отсутствия честолюбивых стремлений. У индуизма кебатинан взял его мистическую веру в перевоплощение. И при всем этом приверженцы кебатинан называют себя мусульманами. Их общее число оценивается примерно в 10 миллионов. Кебатинан, в свою очередь, подразделяется на целый ряд верований. На Центральной Яве существуют сотни школ и религиозных групп кебатинан. У них есть и свой координирующий центр, созданный в 1970 году, — «Объединенный секретариат сотрудничества религиозных верований кебатинан». И хотя приверженцам кебатинан пока не удалось добиться для своей веры официального статуса религии, парламент Индонезии включил кебатинан в число разрешенных верований. Во главе каждой организации кебатинан стоит «духовный вождь», авторитет которого непререкаем. Паства рассматривает «духовного вождя» как существо, в котором воплотились божественные черты, примерно так, как рассматривают султанов. Все, что говорят, чему учат «духовные вожди», — это глас божий.
Под эгидой «Объединенного секретариата» в Джакарте и на Центральной Яве устраивается празднование Нового года по яванскому календарю Соко. Мне довелось побывать на этих торжествах, которые обычно проводятся в крупнейшем зале Джакарты — Дворце спорта. Присутствовали некоторые министры правительства, демонстрировалась массовая медитация.
Кебатинан имеет влиятельных сторонников в лице интеллектуалов, включая министров. Они исповедуют кебатинан, чтобы «расслабиться физически и духовно, сбросить эмоциональкое напряжение». По свидетельству биографа и близкого друга семьи президента Сухарто, известного публициста и главного редактора сурабайского журнала «Скец масса» Сурипто, «президент Сухарто и его супруга также увлекаются кебатинан, т. е. самовнушением, подавлением в себе стремления к богатству, к обильной пище и т. п.» (книга Сурипто «Гостеприимная первая леди Индонезии Тин Сухарто», издана в Сурабае в 1979 г.).
Что же касается простых яванцев, то их приверженность к кебатинан отражает давнюю мечту народа о добром короле или радже (Рату Адил), который должен прийти, чтобы установить справедливость и порядок. Эта легенда во многом схожа с бытующей у мусульман верой в приход на землю спасителя имама Махди или у христиан — Христа Спасителя. Но в отличие от двух последних приход Рату Адил к яванцам ожидается не когда наступит «конец света», а в трудные минуты жизни, чтобы помочь освободиться от тиранов, особенно иностранных поработителей и иноверцев. Интересно, что в качестве Рату Адил в истории Индонезии, как правило, выступают исторические личности, которые почувствовали призвание защитить обиженных и угнетенных. Нередко сами массы воспринимают ту или иную личность как Рату Адил. Так, в частности, было с руководителем крестьянского восстания на Яве (1825–1830) князем Дипонегоро. Восстание переросло в священную войну всех жителей Явы против голландских колонизаторов.
Мессианство на Яве проявлялось и в локальных масштабах. Так, в 1886 году доведенные до отчаяния крестьяне в районе Чиомас к югу от Джакарты взбунтовались против своего помещика-голландца. Выступление крестьян возглавил местный житель по имени Арпан, который выступил в роли Рату Адил. В 1903 году в Сидоарджо, к югу от Сурабаи, вспыхнуло крестьянское восстание, во главе которого встал Муклин, назвавшийся Рату Адил. Он сумел убедить своих приверженцевкрестьян, чьи земли оказались захваченными плантаторами, что они будут неуязвимы против голландских пуль. Вооруженные бамбуковыми копьями восставшие штурмовали голландские гарнизоны, которые обстреляли их из пушек. Хотя восстание было подавлено, оно показало, что терпение индонезийцев не беспредельно. Это восстание описано в романе одного из крупных индонезийских писателей, Прамудья Ананта Тура, «Сын всех народов», вышедшем в Индонезии в 1980 г.
В 1924 году крестьяне Танггеранга на Западной Яве выступили против засилья местных китайцев, скупавших у крестьян за бесценок землю. И на этот раз выступление проходило под знаком пришествия спасителя. Им оказался крестьянин по имени Капин, назвавшийся героем «Махабхараты» Арджуной, символом храбрости и справедливости.
И в наши дни случаются выступления под знаком прихода Рату Адил. На этот раз уже против не иностранных, а местных властей. Можно сослаться на так называемое «движение Савито» в середине 70-х годов. Руководитель движения, агроном Савито, вместе с рядом видных деятелей страны, включая Мохаммада Хатта, пытался мирным, ненасильственным путем отстранить от власти президента Сухарто и сформировать новое правительство.
Кебатинан приобрел особую популярность за последние два десятилетия. Отчасти это связано с возросшей поляризацией в политической жизни Индонезии. До Августовской революции 1945 года и в последующие годы, прошедшие под знаком борьбы за достижение и становление национальной независимости, все слои общества были сплочены единой целью, различия отходили на задний план, и мусульманская религия нередко выступала как объединяющий фактор в борьбе против иноземных захватчиков, против чужеземных верований. После полного завоевания независимости и особенно после 1965 года наступило размежевание политических и религиозных кругов. Разгром компартии способствовал укреплению позиций правых мусульман. Одновременно эти силы вступили в противоречие с правящей военной верхушкой, которая отказалась делить власть с мусульманами. Политика открытых дверей, провозглашенная новым режимом, приход к руководству экономикой технократов западной ориентации также способствовали ослаблению роли мусульманских кругов. Нельзя также сбрасывать со счетов тот факт, что после падения Сукарно доминирующей силой в стране стала «Джокьякартская группировка» во главе с президентом Сухарто и вице-президентом, султаном Джокьякарты, Хаменгкубувоно IX, рядом ведущих военных и министров. Как известно, позиции ислама на Центральной Яве вообще и в Джокьякарте в частности наименее сильны — именно там, где были широко распространены доисламские верования (анимизм, индуизм, буддизм) и получили наибольшее развитие различные культы мистического толка и сектантство.