Индонезия — острова и люди
- Автор: Кашмадзе Игорь Ильич
- Год: 1987
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Индонезия — острова и люди». Краткое содержание книги:
Файл сделан из файла DOC, за точность полного соответствия оформления не ручаюсь. Иллюстрации и сноски отсутствуют.
Для бедняков Лебаран — редкая возможность наесться досыта. По пониженным ценам продают рис, сахар, муку, мясо. А самые бедные и бездомные получают подаяния в виде риса и другой пищи, а также одежды за счет правительственных субсидий и частных пожертвований, обязательных для имущих мусульман.
Заметное место в свадебных ритуалах и других обрядах занимают дукуны (жрецы и знахари). Им принадлежит особенно большая роль в случае, если речь идет о неразделенной любви. Они составляют всевозможные снадобья, привораживают невесту, иногда жениха. Мало кто может сравниться с дукунами по популярности на Яве. Разве только даланги из теневого представления ваянг пурво. Нехватка врачей, особенно в сельской местности, и акушеров (на 165 миллионов населения — всего несколько сот специалистов), дороговизна врачебной помощи и лекарств, наконец, обилие целебных трав и кореньев, растущих в тропиках круглый год, предопределили особую популярность народной медицины и самих дукунов.
Роль дукуна во многом сродни роли даланга. Дукун одновременно колдун, знахарь, шаман, гипнотизер, актер, хранитель адата, детектив, а на более высоком уровне даже политик. Интересно, что в роли дукунов чаще выступают женщины, нежели мужчины. Дукуны заговаривают болезни, некоторые из них даже исцеляют операционными методами. Последний, довольно редкий метод врачевания мне довелось наблюдать в деревне Кедунгвунгу (Западная Ява). Слава о знахарке Идах, жене капитана ВВС, разнеслась по всей Индонезии. В числе ее пациентов были и генералы, и очень богатые люди. Она специализировалась на почечнокаменной болезни, диабете, язве двенадцатиперстной кишки, лечила и нервные заболевания. Мы увидели женщину средних лет в белом халате и попросили разрешения присутствовать на сеансе лечения. Дукун Идах сказала, что предстоит сеанс хирургического лечения, к которому она прибегает лишь как к средству взятия анализов, если «болезнь засела в теле больного слишком глубоко». Идах начала ощупывать тело старика, бормоча что-то невнятное. Вдруг ее руки остановились, как будто нащупали, что искали. Длинным ногтем большого пальца дукун сделала надрез на бедре старика и отщипнула кусочек мяса. Крови не было: то ли по причине старости пациента, то ли потому, что старик был очень худой. А может быть, знахарка умела заговаривать кровотечение. Она погладила ранку, произнесла заклинание. Ассистентка выдала пациенту какое-то питье, сказала ему, что можно есть и от чего нужно воздерживаться. Больному было предписано еще шесть раз явиться к знахарке с определенными интервалами. Я спросил нескольких пациентов, помогает ли лечение знахарки, и услышал в ответ характерное для индонезийцев: «А кто знает». Сама же Идах так резюмировала результаты своего лечения: «Кому как, у одних после нескольких сеансов болезнь как рукой снимает, другие говорят, что никакого улучшения не последовало. Но ведь и хуже не стало!?» Последние слова Идах предназначала стоявшей рядом пожилой женщине, Ha лице которой было явное разочарование. «Сами виноваты, — отрезала знахарка. — Не верите, а надо верить! Тогда поможет».
Приходилось слышать, что уголовная полиция прибегает к услугам дукунов. Знахари выступают здесь в роли детективов и детекторов лжи. Они помогают расследовать преступления, выявляя преступников методом опроса, определяя безошибочно, говорит ли подозреваемый правду или лжет. Основное средство дукунов в таких случаях — проклятия, которые они сыплют на головы преступников, и угрозы неминуемой кары в потустороннем мире. А так как индонезийцы в своей массе суеверны, преступники не выдерживают и быстро сознаются в совершенных преступлениях. Но больше всего знахарки занимаются акушерством. С их помощью рожают до 80 процентов женщин. Может быть, поэтому смертность при родах довольно большая: 87 на тысячу (1985 год). Начертанные на гербе Индонезии слова находят свое выражение и в религии. Подавляющее большинство индонезийцев — мусульмане, и по числу последователей ислама (135 миллионов) Индонезия занимает первое место в мире. Но ислам не является государственной религией Индонезии, и сам ислам в Индонезии не столь ортодоксален даже в сравнении с соседней Малайзией, не говоря уже о таких странах, как Пакистан или Бангладеш. По конституции 1945 года Индонезия не является теократией, но одновременно она и не полностью светское государство, так как церковь не отделена от государства. Правительство формально не вмешивается в дела религии, но существует министерство религии, осуществляющее опеку над всеми религиозными общинами страны. Государство оказывает им материальную и моральную помощь, тем самым активно влияя на их жизнь. Официально все религии равны, и каждый волен исповедовать любую религию, но министром религии назначается лишь мусульманин. Государство определяет, какие вероисповедания законны и какие нет. Признается пять вероисповеданий: ислам, протестантизм, католичество, индуизм и буддизм. Согласно переписи, в 1983 году 129 миллионов индонезийцев, т. е. 87,5 процента населения, исповедовали ислам, 8,5 миллиона — протестантизм, 4,3 миллиона — католичество, 5 миллионов — индуизм, 1,2 миллиона — буддизм. Помимо официально признанных вероисповеданий существует ряд религиозных верований: конфуцианство, которое обычно включается в буддизм, кебатинан, что расшифровывается как «поиск в собственном я с целью достижения нравственного совершенства во имя гармоничного земного существования», и множество других. Одни верования признаются правительством, другие запрещены.
После событий 30 сентября 1965 года правые религиозные лидеры попытались оказать давление на правительство с целью закрепления за исламом статуса доминирующей религии. Но военные пошли лишь на некоторые уступки, не желая ни с кем делить власть. Более того, в 1970 году правительство монополизировало организацию паломничества в Мекку. В среднем 50 тысяч индонезийцев совершают ежегодно подобное паломничество. В 1974 году, как уже говорилось, был принят закон о браке, установивший в общих чертах моногамию для мусульман и затруднивший полигамию. По указу властей все мусульманские партии Индонезии в 1973 году объединились в одну партию: Объединенную партию развития (Партэй Персатуан Пембангунан). Тем самым была ослаблена главная мусульманская партия — Нахдатул Улама, уменьшилось ее влияние на массы верующих. С 1973 года уроки религии в государственных школах были заменены преподаванием официальной доктрины панчасила. В 1985 году в государственных школах были восстановлены уроки религии. Каждый учащийся обязан выбрать одну из пяти официально признанных религий. В сложном положении оказались приверженцы различных верований, которые не относятся ни к одной из пяти религий.
Правительство установило жесткий контроль за содержанием проповедей в мечетях и молельнях, общее число которых превышает 450 тысяч. Мечети все больше становятся центрами пропаганды официальной доктрины, хотя часть духовенства пытается противодействовать усилению контроля государства за деятельностью религиозных общин. С другой стороны, после 1965 года стало престижно быть мусульманином. Ислам стал восприниматься как сугубо национальная религия, а все другие как нечто пришлое. Так, многие китайцы после 1965 года приняли ислам и совершили паломничество в Мекку. В общем же в Индонезии существует закрепленная в конституции веротерпимость и, я бы сказал, нетерпимость к атеизму. Нередко члены одной и той же семьи исповедуют две, а то и три религии, особенно в интеллигентных семьях. Индонезийцы довольно легко переходят из одной религии в другую.