Красавица и чудовища
- Автор: Майер Жасмин
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Красавица и чудовища». Краткое содержание книги:
Ворон получил свою должность от отца, а после разделил власть с Медведем. Им пророчили междоусобицу и то, что каждый начнет перетягивать канат на себя, но ничего из этого не случилось. Их даже не смогли обвинить в нетрадиционной ориентации, потому что они всегда трахали слишком много женщин, в том числе, прилюдно.
Только меня почему-то не тронули.
А ведь их снисходительное: «Беги, крошка Пинки Пай, поиграй во что-нибудь» — бесило меня еще семь лет назад.
Не знаю, чего ждать от этой встречи, но я слишком устала бояться неизвестности. Поэтому просто следую за Цербером, воровато оглядываясь, но меня ведут по второму этажу, а вся жизнь в доме сосредоточена на первом.
Лишь одна дверь остается открытой — и я замираю на пороге темной комнаты и удивленно присвистываю.
— Я же сказал — иди за мной!
Амбал хватает меня за предплечье и тянет за собой.
— Слушай, — я отряхиваю его ручищу. — Если после я снова вернусь в ту комнату. Пожалуйста. Вернись сюда. Возьми мне любую книжку, будь человеком!
— Я похож на человека, который будет ходить вместо тебя в библиотеку? — бросает он, не оборачиваясь.
— Нет, но…
— Вот и закончили на этом.
Он распахивает дверь и вталкивает меня в комнату. Там так светло, что поначалу я даже слепну после темного коридора.
Проморгавшись, наконец-то вижу Медведя и Ворона. Оба — в разных концах комнаты. Почему-то мне кажется, что это плохой знак. В центре у незажженного камина в бордовом кожаном диване с потертыми ручками сидит еще один мужчина.
И при виде него моя челюсть едва ли не падает к полу.
Это Петро Модильяни.
Агент под прикрытием, который ввел меня в бордель мадам Лу вместо Луизы. Луиза сама выболтала Модильяни, который был ее постоянным клиентом, так как вел дела об обороте наркотиков, что скоро ее ждет повышение — она будет обслуживать самих боссов мафии и уж она постарается произвести на них впечатление, чтобы стать их постоянной любовницей.
Так в ФБР узнали о скорой встрече. Остальное было дело техники — накануне Луизу арестовали за просроченный дорожный штраф, а я заняла ее место. Модильяни и был моим единственным клиентом накануне. Он заплатил Мадам Лу, поднялся ко мне, а после покинул комнату через оговоренный час.
Весь этот час он объяснял мне детали дела.
И теперь он здесь.
В доме боссов. На этом диване. И смотрит на меня с похабнейшей улыбкой, поскольку продолжает отыгрывать роль клиента, который встретил знакомую шлюху.
— Луи-и-иза, солнышко, я скучал! — тянет он с итальянским акцентом. — Как я рад, что мои друзья тебя никак не тронули! — продолжает Модильяни, внимательно осматривая мое лицо и голые руки в поисках синяков или других следов насилия.
Я вспоминаю, как Ворон спрашивал меня о других мужчинах. Он, кажется, с трудом смирился даже с моим парнем, что уж говорить о постоянном клиенте. Но разве Ворону не должно быть все равно? Я так и не поняла, какое дело Ворону до моего послужного списка, ведь они с Медведем спали только со шлюхами. Всегда так было. Благодаря их увлечениям, я и попала на эту роль в бордель.
Медведь и Ворон каменеют каждый в углах комнаты.
Мне вдруг становится так больно, словно Петро вбивает в меня гвозди. Я, черт возьми, должна была молчать и придерживаться легенды! Должна была выдержать! И если бы накануне не созналась, что я всего лишь Кейт, которая заняла место Луизы, никто из них не удивился бы моему постоянному клиенту.
А Модильяни, скорей всего, уже рассказал боссам о том, что трахался со мной на протяжении прошедших двух месяцев, желая поддержать мою легенду.
А если так — то мне не жить. Теперь они думают, что я соврала им.
— Луиза, что же ты такая бледная? Садись, солнышко, ко мне. Ближе, ведь можно, Медведь?
Петро в замешательстве смотрит на Медведя. Как двойной агент, он хорошо чувствует смену настроений. А в комнате с моим появлением воздух наэлектризовался настолько, что скоро молнии начнут бить с потолка.
— Садись.
Медведь говорит это мне. Его глаза сейчас цвета полыхающей нефти. Нельзя придумать ничего хуже, чем усесться на глазах у этих двоих к Петро на колени.