Загубленная любовь [Tainted Love]

С кем я действительно сблизилась, так это, разумеется, с режиссерами помоложе — такими как Дональд Кэммелл[93] и Майкл Ривз[94]. Кэммелл всегда утверждал, что хочет умереть молодым, причём тем способом, который выберет сам — и сейчас, когда я пишу эти строки, его самоубийство всё ещё вопрос времени. Майкл Ривз, в свою очередь, скончался от передоза в феврале 1969 года, перед самым моим приездом из Индии. Мне сообщили заключение коронера: смерть в результате несчастного случая; но мне хорошо известен один из источников финансирования его съёмок, как и неспособность Майкла отстегивать гангстерам в соответствии с их ожиданиями — так что лично я полагаю, что он был убит. К сожалению, сейчас я и сама оказалась в должниках у той же самой гангстерской «семьи», из-за чего теперь вынуждена прятаться в подвальной квартирке на Кембридж-гарденс, которую мой друг снял под псевдонимом пару недель назад. Я сижу в ней целыми днями и развлекаюсь, записывая эпизоды из своей жизни на этих бесконечных листах. Если я и выхожу из дому, то лишь поздно ночью — отправляюсь либо к одному человеку, от которого на протяжении многих лет имела некоторый доход, либо, время от времени, к Алексу Трокки, пообщаться. На жизнь мне хватает, а геру мне поставляет мой нынешний друг, Гарретт. Если бы Майкл проделал то же, что и я — исчез на какое-то время из вида — возможно, сейчас он был бы жив. Думаю, что я сейчас переживаю свой собственный вариант фильма «Performance»[95] — но ведь Майкл-то сумел снять пару фильмов намного лучше, этого.

Вернёмся на минутку к Дональду Кэммеллу. Когда мы встретились с ним впервые, он работал сценаристом и был просто в ярости от того, как Голливуд обращался с его трудами. Я всегда считала Кэммелла слегка чудным, потому что он часто и во всеуслышание заявлял, что его крёстный отец — оккультист Алистер Кроули. Неважно, правда это или нет, но сам он точно не мог открывать энергетические каналы — в шестидесятые он пытался наладить мою связь с потусторонним миром. Он воспользовался моими профессиональными услугами один-единственный раз — ему нужно было устроить групповичок на троих, чтобы впечатлить кого-то из коллег по киноиндустрии, и было решено, что вместо денег он расплатится со мной экстрасенсорикой. На его попытки открыть канал было стыдно смотреть, и в конце концов он подмазал меня презренной зеленью, чтобы скомпенсировать всё это. Я‑то денег не просила, просто Кэммелл очень не хотел, чтобы я заговорила о его жульничестве при ком-нибудь из наших общих знакомых. Дональд впервые выступил в качестве режиссёра, когда я была в Индии — работая над вышеупомянутым «Performance» вместе с Ником Рэгом. Я бы не отказалась от какой-нибудь эпизодической роли в «Performance», но к тому времени, как началась работа над фильмом, я была для Дональда бревном в глазу, поскольку видела его насквозь. Будь я тогда где-нибудь неподалёку, мне, может, и удалось бы запрыгнуть на борт, подхватив какой-нибудь эпизод — если бы я забросила всё остальное. Карьера Кэммелла в кино была не из успешных, и некоторое время он не снимал, но спустя пару лет, в 1977, вышел его научно-фантастический фильм «Семя демона», где эксцентричную героиню (её играет Джули Кристи[96]) насилует фантастически разумный компьютер, и она от него ждёт ребёнка. Я ожидала, что «Семя демона» мне понравится, но посмотрев его, была разочарована — он просто не оправдывал тех надежд, которыми полнился «Performance». Режиссёр Ник Рэг, с которым работал Кэммелл, продвинулся дальше, снимал большое кино, но он уже тогда был известен как кинематографист, работавший над многими картинами — от «Маски Красной смерти» Роджера Кормана[97] до «451 градус по Фаренгейту», единственного фильма Франсуа Трюффо[98] на английском языке, где, по странному совпадению, одну из главных ролей замечательно сыграла Джули Кристи. Некоторое время мы с Дональдом не встречались, потом он уехал в Голливуд и женился на дочери одной из подружек Марлона Брандо. Думаю, именно это и дало ему наконец возможность снять второй фильм. Что касается Ника Рэга, он незаметно исчез из моей жизни.