Вторая Книга. Друзья и Враги. Демоны наших сердец. Том Второй. Сердце власти (СИ)
- Автор: Вятсон Вадим
- Язык: русский
- Жанр: Мистика
Электронная книга - «Вторая Книга. Друзья и Враги. Демоны наших сердец. Том Второй. Сердце власти (СИ)». Краткое содержание книги:
Он посмотрел на все еще стоявших на колени Вурха и Кари.
— Встаньте. Совсем я про вас забыл.
— Э… Нэй, третья вещь, — нарушил столь патетический момент Артур.
— Ну да, — Нэй хмыкнул, — И об этом забыл. Тоже тяжелая вода; дейтра применяется в сферах порталов, вообще во всех порталах, гномы как раз их тяжелой водой и поддерживают, а у Курха как раз были обнаружены две пустых сферы. Он, видимо, собирался вернуться за фюргеей. Хотя с его стороны довольно странно верить, что она все еще рядом с реньюром расы.
— А может, он собирался посетить Мир Ренью, откуда и пришел первый реньюр расы? — это проговорила Кари.
— Хм… Так далеко я не заглядывал. Но это вполне возможно… Как это любопытно, — и Нэй рукой, ладонью так волной дернул.
И снова как очнулся.
— Мы еще поговорим об этом и мир Ренью вспомним. Но сначала вы должны будете организовать похороны, как вы это делаете, по своим ритуалам.
— Похороны?
— Мы привезли из Некрона два тела тафгуров, — Нэй вздохнул, но поднял руку, чтобы его никто не перебивал, хотя было видно, что Кари готова была закричать. — Как я сказал, мы привезли два тела. Твоего отца, Кари, — Курха — и одного из твоих воинов, Вурх — по имени Нормух.
— Это просто… — Кари уже не кричала, даже сил не было что-либо сказать.
— Мы дадим вам время подумать, проститься, совершить свои погребальные ритуалы. После похорон мы вернемся к вопросу о выборе вашего пути.
Кари вдруг повернулась к Вурху, сделала шаг.
— Прости меня, брат, за подозрения! — она сделала еще один шаг. — И я благословляю твою жизнь с Эрвой!
Даже у Нэя слезинки показались из глаз.
— Все мы братья и сестры…
Он помолчал, пока Кари и Вурх обнимались, заключая перемирие, мир, дружбу, согласие между собой.
— Конечно, ваши создатели, прародители, попытались сгладить внутрирасовые генные ошибки, с помощью хрюшек, поэтому у вас еще долго не будет сильных отклонений. Господи! Чего я снова-то говорю? — он мотнул головой и шепотом проговорил: — Ну Учитель! Встречу — морду набью! — и уже громко: — Кто-нибудь когда-нибудь видел прародителей расы людей, эльфов, гномов? Сэм?
— Я? — снова испуганно проговорил орч, а потом поняв, к чему вопрос, довольно здраво произнёс: — АльТариш, конечно, прародитель орчей, но, чтобы его увидеть, вряд ли кто станет его вызывать. Да, нам и тут хорошо, — он пожал плечами.
— Вот именно так. Всем нам нужно какие-то действия, чтобы увидеть своих прародителей. Увидеть и задать пару-тройку вопросов, или вообще кулаки почесать об их слишком умные морды, — Нэй поднял глаза к потолку. — Простите, Кара и Крас, этот Мир прекрасен, но могли бы и получше о нас заботиться. Хотя Скирия, как создатель, многое и исправил.
Снова закрыл глаза руками и замотал головой, что то шепча, но теперь этот шёпот никто не услышал.
— Поэтому раса тафгуров счастливейшая из всех нас! Она не просто может увидеть и задать вопросы своим прародителям, они, тафгуры, могут сделать это прямо сейчас, не отходя от кассы! Во как! — и поднял указательный палец вверх.
И все, кто был в помещении, не только тафгуры, уставились на Нэя удивленными глазами, ну почти как блюдца глаза у всех стали.
========== 11. Власть и желания ==========
История Тафноргов.
Двадцать восемь дней назад.
10 июля (ир) 1440 года от Пришествия Скирии.
Орса. Окрестности тюрьмы Креза.
Ночь.
— Не понимаю, Нэй, что мы тут делаем? — проговорил Комис, продолжая ходить туда-сюда в этом маленьком переулке, примыкающем к стенам тюрьмы Креза. Жуткое соседство, если вспомнить все слухи об этой тюрьме.
Нэй закинул орешек в рот, разжевал его и медленно произнес:
— Я просто сижу, а ты нервничаешь.
— Очень смешно, Нэй!
— Все будет хорошо! — и тут же вскочил с места, оттолкнул Комиса за свою спину.
Гости пожаловали.
Высокие, серые, не понять, кожа на них или эта такая одежда. Но в них чувствовались сила и властность.
Харикаты — говорящие со смертью.
— Приветствую вас! — проговорил Нэй и поклонился.
— Зачем ты звал нас, человек-сошо! — женский голос.
— Мое почтение вам, Шаршани, — Нэй поклонился в сторону говорившей. — Честно говоря, я хотел задать один вопрос и поговорить о ваших рабах.
— Твой вопрос? — уже мужской голос, впрочем, лишь по малым интонациям голоса можно было различить.
Ну ребята на реверансы не отвлекались, а сразу к делу.
— И вам мое почтение, Аргхартум! — Нэй поклонился и второй фигуре. — А мой вопрос прост, уважаемый Аргхартум — я жив и здоров, а значит, вы ошиблись когда-то, признавая меня мертвым. Ошиблись?
— А почему ты думаешь, что ты жив? — проговорил Аргхартум.
Нэй аж подавился.
— Ты умер для одной жизни, чтобы начать жизнь новую. Твоя смерть — это всего лишь ступенька к твоему изменению и познанию. Загляни в Локрус и найдешь там себя, ту жизнь, которую ты потерял, ту которая была бы возможной, не будь бы разноцветных лепестков, так тебя привлекших! — это Шаршани.
— Разноцветных ле… О! — Нэй схватился рукою за лоб — вспомнил тот кошель, с которого все и началось. Ведь на нем и в самом деле были вышиты разноцветные лепестки, даже не его толщина Нэя привлекла вначале, а именно цветы! Как пчела на мед! — То есть я умер, чтобы…
— Возродиться! — проговорил уже Аргхартум. — Но мы больше не скажем ничего, ты сам должен все понять.
Нэй замотал головой, пытаясь собрать мысли в единое целое.
— О каких наших рабах ты хотел спросить? — это Шаршани.
М-да, подумать они не дают.
— О тафгурах! Когтистых! Почему они такие, какие есть, и почему они ушли от вас?
— Они не уходили, человек-сошо, они просто предали нас, — это Шаршани.
А Аргхартум сделал два резких шага вперед и оказался бы рядом с Комисом, но Нэй был чуть проворней и снова затолкал того за свою спину.
— Он позвал нас и привел его, чтобы мы все вспомнили! Так близко чувствовать — это так непривычно после долгих лет.
— Но этот мальчик не совсем тафгур, он пытается оставаться человеком, — проговорила Шаршани.
— Просто рабом мало кто хочет быть, — сказал Нэй.
Было хорошо видно, как две фигуры обменялись взглядами, и Нэй мог поклясться, что в этот момент они о чем-то молча договаривались и, видимо, договорились.
— Они не наши рабы, человек-сошо… — начал фразу Аргхартум…
— Они наши дети! — закончила Шаршани.
— Какого… — Нэй всплеснул руками, мотнул головой и проговорил очень серьезно: — А с этого места можно поподробней?
Но сразу поподробней не получилось, потому что, чуть осмелев, из-за плеча Нэя неожиданно выглянул Комис, хотя он и был выше друга на целых десять сантимов, и проговорил:
— Ребята, а вы не могли бы не шипеть? Уж больно голова болит.
Нэй повернулся к Комису:
— Ты что, не понимаешь наш разговор?
Комис замялся:
— Ну, отдельные слова в начале фразы, а потом все сливается в одно единое шипение.
— Но ты же должен их понимать!
— Тафгуры не стремились нас понять, — начал Аргхартум…
— Им потребовались Избранные, — закончила фразу Шаршани.
Ну, да. Нужно прожить тысячелетия, чтобы так синхронизировать свои речь и мысли!
— Избранные?
— Они понимали нас.
— И доносили наши слова до тафгуров.
— Так, — Нэй приложил пальцы к вискам и задумался. — Так. Тик-так, тик-так. Таки-так.
Один из тафноргов-харикат хотел было что-то сказать, но Нэй поднял руку, останавливая эту попытку. Было видно, как за спиной Нэя тафнорги переглянулись. Да, да. На ушах тепловые точки.
— Так, друг мой, представь стену в своей голове. Ведь их шипение — не звуки, издаваемые их горлом, а звуки, создаваемые их мыслями. Это просто кажется, что они шипят и жутко давят нам на уши, на самом деле они просто говорят, а шипим мы, стараясь защититься от их ментального давления. Поэтому они не могут прекратить шипеть, потому что просто не знают, как это сделать!