Попаданец Павлик Морозов I [с иллюстрациями]

Последствия не заставили себя ждать — уже на другой день Верочка отвезла меня к самому Бехтереву, приехавшему в Москву на очередной съезд. Тому самому, про смерть которого я писал курсовую.

Зададимся вопросом: кто из рядовой российской профессуры мог в те годы позволить себе быть «вечно сытым», никого «не бояться» и выпячивать свои старорежимные замашки «господина с сигарой», когда двести всемирно известных историков, философов, литераторов были изгнаны из страны, а остальные боялись?[32]

Бехтерев, обладая мировой известностью, был ярым «ненавистником пролетариата», не боялся высказывать любые несвоевременные мысли и, что важнее всего, не скрывая, презирал пролетарских вожаков, дорвавшихся до власти и «умеющих читать бумаги». За все это пролетарские вожди «питали большое уважение» к Бехтереву, которого еще с эсдекских времен обожала вся ленинская гвардия и, прежде всего, лекари-большевики Н.А. Семашко и В.А. Обух.

В области литературы, например, таковой фигурой был Максим Горький, которого Сталин считал «ценнейшим капиталом партии». А существовал ли среди медиков «ценнейший капитал партии»?

Несмотря на то что до революции Бехтерев был тайным советником, генерал-майором медицинской службы армии Российской империи, начальником императорской Военно-медицинской академии, после прихода к власти большевиков его не тронули, позволив продолжать научную деятельность. Доверие к ученому было настолько высоко, что Владимира Михайловича, к мнению которого прежде прислушивался Николай II, несколько раз приглашали в Горки к умирающему В.И. Ленину.

Бехтерев в одной из своих научных работ — «Тайна бессмертия» сделал марксистский вывод: мысль материальна и является разновидностью всемирной энергии, стало быть, в соответствии с законом сохранения энергии исчезнуть не может. «Смерти нет, господа, это можно доказать!». Он вернул веру в осмысленность жизни.

Западные спецслужбы очень интересовались работами и личностью Бехтерева. В Берлине и Париже разведуправления завели на него учетные карточки. В СССР, как полагают некоторые исследователи, Бехтерева пытались привлечь к созданию оружия, которое в наше время назвали бы психотропным. Он отказался.