Жизнь

Зато уже почувствовала, как щеки запылали румянцем.

Его рука согнута и галантно спрятана за спиной, пока другая держала миниатюрный букет из… темно-зеленых роз?!

Я моргнула несколько раз, уверенная, что мне кажется. Но нет, букет не изменился.

Ступень. Еще. И еще. Все.

Я увидела цветы перед собой и подняла глаза на мужчину, который заставлял сердце умирать и заново рождаться. Его медовый взгляд смотрел в душу, лишал способности видеть окружающий мир и вдохновлял.

Себастьян сделал поклон, не отводя глаз от моего лица, и протянул цветы. Я сглотнула и присела в реверансе. Поднимаясь, я снова посмотрела на него и дрожащей рукой взяла протянутый букет.

Его темная бровь взметнулась вверх в немом вопросе.

Я недоуменно хлопнула ресницами, не понимая в чем заминка.

Медленная, манящая улыбка приподнимает один уголок его красивых губ, и он опускает взгляд на мои запястья.

Ох, черт! Я взяла букет в правую руку!

Быстро исправив ситуацию, я положила вспотевшую ладонь, поверх его вытянутой вперед руки.

Он повернулся и устремил решительный взгляд вперед. Себастьян повел меня вниз по ступеням в бальный зал, для приветствия королевской чете и первого вальса.

Наверняка, я глупо выглядела со стороны, откровенно пялясь на идеальный профиль своего кавалера.

Нужно срочно отвернуться! Вот прямо сейчас! Ну же! Да посмотри же ты в другую сторону, дурочка!

Словно прочитав мои мысли, Себастьян перевел на меня взгляд. Я втянула воздух через рот, показывая, как зависима от него. Его пальцы чуть сильнее сжали мои, взор опустился на губы, и его зрачки расширились, предавая темнеющий оттенок глазам.

Он хочет меня поцеловать!

А я брежу этим, отчетливо понимая, что в его прикосновении, близости и взгляде затаилась моя погибель. Я потеряю себя, обретя его. Я утрачу единственное, что у меня осталось – гордость.

Жестокость этой мысли возвратила меня в реальность, и я отвела взгляд. Однако чувствовала, что Эскалант продолжал смотреть на меня.

Мы шли по живому коридору из светского общества. Впереди и позади нас, шествовали другие пары. Звучал вальс, кажется Чайковского. Я так и не научилась различать его композиции и творчество Иоганна Штрауса.

Так, хорошо, отвлекаюсь! Если бы только он отвел взор от моего лица!

Пары, шедшие впереди, останавливались перед королем, королевой и их дочерью, которые традиционно сидели на тронах. Наступил и наш черед. Себастьян опустил руку, и стал немного позади, но продолжал сжимать мои пальцы.

Мы стояли в первом ряду, и я беспрепятственно изучала представителей королевской семьи. Я могла легко концентрироваться, если бы мужчина стоящий рядом, не поглощал мое внимание, будто черная космическая дыра, затягивающая в свой мрак.

Король Испании Фердинанд Арагосса IV – высокий, худощавый пятидесяти семилетний мужчина с благородной сединой и аристократической выправкой, взирал на нас с благочестивой улыбкой на смуглом лице. Его одежда отличалась от традиционных фраков. Черный мундир с золотыми эполетами на плечах, орденами на груди и бело-голубой лентой, которая спускалась с правого плеча. Его жена – королева Мария, элегантная женщина с безупречной фигурой и темно-русыми волосами, облаченная в синее вечернее платье. Драгоценная тиара на ее голове сверкала блеском чистейших бриллиантов, а губы растягивала вежливая и миролюбивая улыбка. Восемнадцатилетняя красавица-принцесса с копной белокурых, вьющихся волос, восседала рядом с родителями в нежно-розовом платье. Ее взор с льдинками превосходства, скользил по столпившейся публике. Я заметила, как юная наследница престола засмотрелась на Себастьяна. Но перехватив мой взгляд, резко отвела глаза.