Жизнь

Хм, интересно, чтобы я испытывала, не будь этой смертельной угрозы? Была бы я счастлива, находясь на вершинах девичьего успеха, получив все то, что желают другие девушки: деньги, известность и красивого мужа?

Порой мне жаль, что я не так проста, как другие. Если бы я смотрела на вещи так, как смотрят те, кто окружают Себастьяна, жизнь стала бы проще.

«Это просто секс, Зоя!.. Миллионы пар так живут! Почему же мы не можем?!»

Я вышла из комнаты и тут услышала доносившиеся из гостиной знакомые голоса.

Да, гости в моей квартире не особо ждут приглашения!

– Добрый вечер! – поприветствовала я герцога и герцогиню Торегросса, а также их младшего сына – Виктора.

Я невольно поддалась разочарованию, заметив, что Себастьяна здесь нет.

– О, Зоя! – радостно воскликнула Ньевес в темно-красном платье, прерывая разговор со своим мужем и Виктором. – Как же ты прекрасна!

Мужчины, одетые в черные фраки и белоснежные рубашки с жилетами, обернулись, и окинули меня оценивающим взглядом.

Ньевес подошла ко мне и обняла.

– Я восхищен! – улыбаясь, закивал Виктор.

– Как же ты похожа на мать! – удивляясь, сказал Давид, но тут же спохватился и потянулся к моей руке, чтобы поцеловать в знак приветствия. – Графиня, вы невероятно красивы!

– Спасибо, – смущаясь, пробормотала я и, вспомнив, присела в отрепетированный реверанс. – Ваша светлость!

– Превосходно! – засмеялся он.

– Милая, – сжав мои руки, сказала Ньевес. – Традиционно сопровождать на бал дебютантку должны ее родители…

Я читала об этом в книге посвященной науке о бальном этикете, поэтому и не удивилась, увидев здесь семью Эскалант.

– Мы понимаем, что настолько близкими для тебя мы никогда не станем, – продолжала герцогиня. – Но хотим попросить о шансе занять крохотное местечко в твоем сердце.

Я на мгновение растерялась, подбирая ответные слова.

– Ваше присутствие для меня бесценно. Спасибо!

– Ох, милая! – снова обняла меня Ньевес.

– Зоя, – подошел ко мне Давид с бархатной прямоугольной шкатулкой в руках. – В день дебюта твоей матери на ней была эта диадема.

Он приподнял крышку, открывая моему взгляду изящное украшение. Камни сверкали разноцветными бликами, безупречно преломляя падающий свет и подчеркивая свою исключительную драгоценность. Они складывали замысловатый узор, который у одного края золотого ободка приподнимался к центру и спускался у другого.

– Еще одна традиция, дорогая, – мягко сказал Давид, вынимая диадему из шкатулки и приподнимая ее над моей головой.

Он был прав, ведь согласно установленному дресс-коду дебютантки на бал должны прибыть исключительно в белых платьях, перчатка и диадемах. И только на моей голове будет украшение родной матери, которая погибла от рук убийцы.

Женщины, которая для меня никогда не станет родной.