Наша неправильная любовь

Я прислушалась.

— Это Том Петти.

— Да, — подтвердил он. — Ты когда-нибудь видела тот фильм с Томом Крузом, где он переключает станции в своей машине и ищет что-то соответствующее эмоциям? И когда наталкивается на Free Fallin, понимает — да — это та самая и начинает во всю глотку орать слова. Он ни хрена не может петь, но это не имеет значения, потому что всё, о чём он думает и чувствует в тот момент феерично отражается в песне, и мужик выплёскивает её.

Я смеюсь.

— Ты можешь быть довольно многословным, когда захочешь.

— Только когда мне нужно сказать что-то важное.

Он указал на стадион Sun Devil, когда мы проезжали мимо.

— Знаешь, этот фильм снимали прямо здесь.

— Кажется, я его помню. «Джерри Магуайр», верно? Мой отец всё время его смотрел.

Корд начал подпевать. Меня потряс ровный тембр его голоса.

— Ты хорош, — сказала я ему.

— Во многих вещах, — похвастался он.

— Может и так. Но я говорила о пении.

— Ты должна послушать Криденса. Мой брат мог бы стать суперзвездой, если бы только позволял людям слушать его.

Я коротко рассмеялась.

— Криденс, Чейзин и Кордеро.

— Это мы, — мрачно сказал Корд, сворачивая на шоссе.

— Необычные имена. У всех троих.

Он грубо засмеялся.

— Окей, Сэйлор.

— Да, это была блестящая идея моей матери. Пока она находилась в больнице в ожидании родов, она прочитала статью о туфлях, которые будут носить модели на Неделе моды.

Он выглядел растерянным.

— Неужели я пропустил моду на обувь «Сэйлор»?

— Нет. Это была фамилия автора статьи.

— А. В общем, я тоже не в лучшем положении. Меня назвали в честь грёбаного персонажа мыльной оперы. Криденс, конечно же, назван в честь той старой рок-группы. Чейзин — это из какого-то фантастического романа, имя короля, который приручил драконов или что-то в этом роде.

— Тебе подходит, — сказала я. — Всем вам.

Он вопросительно посмотрел на меня.

— Почему это?

— Необычные имена для необычных парней.

— Теперь мы мужчины, — напомнил он мне.

Я уставилась на его мускулистые руки.

— Как я могу это забыть?

А потом я снова увидела в его глазах выражение необузданного желания, обнажённого и дикого. Мне было интересно, имел ли Корд хоть какое-то представление о том, как много я думала о нём с той тёмной ночи, когда он застал меня упавшей на самое дно и проявил ко мне такую ​​доброту, которую я никогда не ожидала от Джентри.

По мере того как мили оставались позади, мы непринуждённо беседовали. В основном об Эмблеме, об ограничениях, связанных с необходимостью расти в городе, расположенном недалеко от тюрьмы, об усталых людях, которые там жили и смирились с невозможностью уехать. Мы сделали короткую остановку в Блайте, где решили перекусить.