Классика, скандал, Булгарин… Статьи и материалы по социологии и истории русской литературы
- Автор: Рейтблат Абрам Ильич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814239
- Жанр: Лингвистика
Электронная книга - «Классика, скандал, Булгарин… Статьи и материалы по социологии и истории русской литературы». Краткое содержание книги:
В модернистской среде скандал часто разыгрывался сознательно для подрыва господствующей нормы, а порой и для самораскрутки186. Но это не значит, что скандал в старом понимании слова в литературной среде совсем исчез (таковым был, например, случай, связанный с порчей Эллисом книг в Румянцевском музее в 1909 г.187).
В советский период литературные скандалы возникали только на ранней стадии, когда еще существовала (впрочем, весьма относительная) свобода печати и когда выходило немало эмигрантских периодических изданий, пристально следивших за российской литературной жизнью. Так было с публикацией «Повести непогашенной луны» (1926) Б. Пильняка, в которой изложена история смерти Фрунзе, выведенного под другим именем. Публикация повести была признана политической ошибкой, номер «Нового мира» с ней не был выпущен в свет, и при его перепечатке повесть была заменена другим материалом188.
В более поздний период (1930-е – первая половина 1980-х) из-за жесткой цензуры почвы для возникновения литературных скандалов почти не было. Поскольку действовали тамиздат, самиздат и западные «голоса», скандалы время от времени случались, но их порождали действия не столько литераторов, сколько самой власти. В ситуации всеобщих запретов любое действие, само по себе не противоречащее законам и не скандальное (публикация за рубежом, получение Нобелевской премии, написание романа), вызывало неадекватную реакцию властей, которые сами информировали публику (правда, тенденциозно освещая произошедшее). В результате возникал скандал.
С эпохой гласности (в конце 1980-х) вновь наступило время скандалов. Но позднее, условно говоря в двухтысячные, помимо ограничения свободы слова в средствах массовой коммуникации (телевидение, радио, интернет) добавился еще один фактор – резкое падение престижа литературы. В результате не только уменьшилась доля населения, читающего книги. Книга теперь перестала быть «учебником жизни», а литература – пророком и учителем. Поэтому интерес к писателям стал существенно ниже и происходящее в литературной жизни интересует преимущественно литераторов, а не широкие слои публики.
Еще один важный момент – общая релятивизация моральных норм в российском обществе, нарастание цинизма, отсутствие общих социальных ценностей189. Все это, разумеется, отражается и на литературе. И тут идут процессы атомизации, распадения литературной среды, исчезновения связей. В такой дряблой среде этические нормы почти не действуют, мало кто о них думает. Разумеется, в такой атмосфере не может возникнуть настоящий скандал.
К ПРОБЛЕМЕ ПРОФЕССИОНАЛИЗАЦИИ РУССКИХ ЛИТЕРАТОРОВ
Проблема соотношения службы и творчества рассматривается в настоящей статье в рамках историко-социологического подхода191. Для социолога литература – это социальный институт, то есть сложное устройство, которое обеспечивает создание, тиражирование, распространение и восприятие литературных текстов и предполагает существование писателей, издателей, книгопродавцев, библиотекарей, журналистов, критиков и читателей192. В России так понимаемая литература зарождается во второй половине XVIII в.
Возникновение литературы было связано с возникновением общества, публики, читательской среды. Ранее государство почти полностью контролировало все сферы социальной жизни, для дворян все определяла Табель о рангах, а публичная сфера практически отсутствовала. В. М. Живов отмечал, что «литература как род занятий государством <…> не предусматривается, по крайней мере до 1760-х годов она в этом качестве не осознается и обществом. Во всяком случае до этого времени не существует никаких не только государственных, но и общественных институтов, организующих литературу и делающих литературные занятия частью социальной жизни»193. Литература (трактуемая в то время достаточно широко, то есть включая журналистские, исторические, этнографические, мемуарные, педагогические и т. п. публикации) в основном рассматривалась если не как государственная служба, то по крайней мере как служба государству. Поэтому занятия ею считались вполне уважаемым занятием, а издания оплачивались и в основном осуществлялись государством. В таком контексте места для независимой от государства литературы не было. Люди, стремящиеся создавать литературу, воспринимали ее как службу государству либо как домашнее, а не публичное занятие194.
186
Исходя из такой трактовки скандала, Вероника Зусева пишет: «…очевидным спутником успеха почти всегда оказывается сочетание скандала, нарушения общепринятых норм и в жизни, и в творчестве, с одной стороны, и публичного одобрения литературными и общественными авторитетами, с другой (можно и только скандал, но успех предприятия будет меньше и есть опасность превратиться в маргинала)» (Зусева В. Шум времени и шумная известность // Арион. 2018. № 2. С. 20).
187
См.: Глуховская Е. А. Инцидент с Эллисом в контексте русского символизма: к истории одного (около)литературного скандала // Русская литература. 2012. № 1. С. 137–148.
188
См.: Фельдман Д. М. Указ. соч.
189
См.: Гудков Л. Д. Цинизм «непереходного» общества // Вестник общественного мнения: Данные. Анализ. Дискуссии. 2005. № 2 (76). С. 43–62; Дубин Б. В. Кружковый стеб и массовые коммуникации: к социологии культурного перехода // Дубин Б. В. Очерки по социологии культуры. М., 2017. С. 725–741.
190
Впервые опубликовано: К проблеме профессионализации русских литераторов: литературные «ниши» в первой половине XIX века // Чины и музы: сб. статей. СПб.; Тверь, 2017. С. 9–26.
191
Статья основывается на источниках двух видов: объективных – биографических сведениях о писателях, почерпнутых главным образом из словаря «Русские писатели. 1800–1917» (М., 1989–2007. Т. 1–6), и субъективных – свидетельствах из мемуаров и писем, дающих возможность судить о сфере мотивов и ценностей.
192
См.: Гудков Л. Д., Дубин Б. В. Литература как социальный институт: Статьи по социологии литературы. М., 1994.
193
Живов В. М. Первые русские литературные биографии как социальное явление: Тредиаковский, Ломоносов, Сумароков // Новое литературное обозрение. 1997. № 25. С. 24.
194
В этой характеристике мы опираемся (помимо процитированной статьи Живова) на ряд содержательных работ, в которых подробно рассмотрено соотношение творчества и службы в русской литературе в различные периоды XVIII в.: Панченко А. М. О смене писательского типа в петровскую эпоху // XVIII век. Л., 1974. Сб. 9. С. 112–128; Степанов В. П. К вопросу о репутации литературы в середине XVIII в. // XVIII век. Л., 1983. Сб. 14. С. 105–120; Западов В. А. Проблема литературного сервилизма и дилетантизма и поэтическая позиция Г. Р. Державина // XVIII век. Л., 1989. Сб. 16. С. 56–75; Клейн И. Поэт-самохвал: «Памятник» Державина и статус поэта в России XVIII века // Новое литературное обозрение. 2004. № 65. С. 148–169; Reyfman I. Rank and Style: Russians in State Service, Life and Literature. Boston, 2012. P. 4–24.