Электронная книга - «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
Третий том полного собрания сочинений «Агата Кристи в трёх томах». В хронологическом порядке, с разделением по циклам, переводчики и год первой публикации указаны в конце каждого произведения. Сборка: Diximir (YouTube) 2021 г.
— Ну и что же? — спросила Таппенс. — Что из этого?
— А я нашел его могилу.
— Что ты нашел?
— Ну, собственно, не я. Нашел Ганнибал. В самом уголке, против маленькой двери, ведущей в церковь. Мне кажется, это вход в ризницу или куда-нибудь в этом роде. Надпись не очень хорошо сохранилась, многие буквы стерлись, но прочесть все-таки можно. Ему было четырнадцать лет, когда он умер. Александр Ричард Паркинсон. Ганнибал стал нюхать все вокруг, я потянул его за поводок, но успел прочитать надпись, даже несмотря на то, что она такая стертая.
— Четырнадцать лет, — проговорила Таппенс. — Бедный мальчик.
— Да, — согласился Томми. — Очень грустно, но, кроме того…
— У тебя появилась какая-то мысль, Томми. В чем дело?
— Понимаешь, у меня возникли подозрения. Ты меня, наверное, заразила. Самая скверная черта твоей натуры, Таппенс, состоит в том, что, когда тебе что-нибудь втемяшится в голову, ты не молчишь, ты непременно вовлекаешь в свои фантазии других.
— Не могу понять, о чем ты.
— Тут, вероятно, действует закон причины и следствия.
— Да о чем ты говоришь, Томми?
— Я размышлял об этом Александре Паркинсоне, который так основательно потрудился, — впрочем, ему наверняка это доставило немалое удовольствие, — придумал секретный код, с помощью которого зашифровал в книге важное сообщение. Мери Джордан умерла не своей смертью. А что, если это правда? Предположим, что Мери Джордан, кто бы она ни была, действительно умерла не своей смертью. И тогда — разве не понятно? — вполне возможно, что следующим шагом была смерть Александра Паркинсона.
— Неужели ты думаешь… неужели это возможно?
— Просто невольно начинаешь задумываться, — сказал Томми. — Начинаешь думать… Четырнадцать лет. Нет никаких указаний на то, от чего он умер. Впрочем, на могильном камне это не указывается. Там только небольшая надпись: «По воле Божией, исполненный радости». Что-то в этом духе. Но… вполне возможно, он что-то знал, ему было известно что-то такое, что могло оказаться опасным для кого-то другого. Вот он и умер.
— Ты хочешь сказать, что его убили? Твое воображение заводит тебя слишком далеко, — заметила Таппенс.
— Но ведь это ты начала. Подозрения, воображение — разве это не одно и то же?
— Ну что ж, будем, наверное, продолжать размышлять, — сказала Таппенс, — и ни до чего не додумаемся, потому что все это было очень давно, в незапамятные времена.
Они посмотрели друг на друга.
— Примерно в то время, когда мы пытались распутать дело Джейн Финн, — сказал Томми.
Они снова взглянули на церковь; мысли их обратились к далекому прошлому.
Глава 6
Проблемы
Многие люди, собираясь переезжать в другой дом, думают, что это — приятнейшее приключение, которое доставит им немалое удовольствие, однако их надежды далеко не всегда оправдываются.
Новоселам предстоит обращаться к услугам электриков, столяров, строителей, маляров, поставщиков холодильников, газовых плит, электроприборов, а также обойщиков, портних, которые подошьют занавески, мастеров, которые их повесят; а кроме того, потребуется настелить линолеум, обзавестись новыми коврами — для этого тоже придется прибегать к услугам соответствующих лиц. Мало того, что на каждый день намечалось какое-нибудь определенное дело, так являлись еще не меньше четырех визитеров из числа тех, которых давно перестали ждать либо о намеченном визите которых давно позабыли.
Случались, однако, и такие моменты, когда Таппенс со вздохом облегчения провозглашала, что то или иное дело наконец закончено.
— Похоже, что наша кухня теперь в полном порядке, — сказала как-то она. — Вот только никак не могу найти подходящего вместилища для муки.
— А что, — спросил Томми, — это так важно?
— Конечно. Видишь ли, мука обычно продается в трехфунтовых пакетах, и она никак не помещается в обычные банки. А они такие красивые и аккуратные: на одной изображена розочка, на другой — подсолнечник, но помещается в них не больше фунта. Страшная глупость.
Через некоторое время возникала очередная идея.
— «Лавры», — сказала однажды Таппенс. — Какое глупое название для дома. Совершенно непонятно, почему это вздумалось назвать дом «Лавры». Здесь нет никаких лавров. Было бы гораздо более естественным название «Платаны». Платаны здесь действительно прекрасные.
— А раньше, как мне говорили, он назывался «Лонг-Скофилд».
