Шиноби Мрачного Рассвета [не закончено]

Один из таких холмов расположился южнее деревушки. Высокий, сложенный основательными каменными породами, он царствовал над округой, заставляя даже проходящую через селение дорогу выделывать почтительный крюк, огибая его громаду. Чащоба на вершине оставалась наименее тронутым людскими руками кусочком леса в окрестностях. Желающие сюда лезть в Хатису находились редко. Но одаренных каменные кручи не волновали. Небольшая полянка в самой чаще стала вполне удовлетворительным пристанищем для шестерых шиноби.

И шестерых нешиноби.

Так же, как и коротающие время на стоянке, они кутались в черные плащи с красными облаками. Вот только, в отличие от остальных, сменяясь с караула, они не спешили к спальникам и не тянулись к сумкам с продовольствием. Шестеро, чьи тела уродовал самый радикальный пирсинг, а волосы горели рыжиной, не нуждались в отдыхе.

Как и положено мертвецам.

— Искусство, существующее лишь краткий миг — нонсенс. Время — вот критерий истины. Только то, что прошло испытание временем, может приобрести ценность...

Голос принадлежал приземистой фигуре, едва ли не по брови укутанной в плащ. Застыв в каменной неподвижности, шиноби цедил слова ровным скрипучим голосом несмазанного механизма.

— Ха! А музыка?! Попробуй только сказать, что музыка не искусство. Чем взрыв хуже?!

Любитель взрывов и музыки выглядел куда живей. Среднего роста блондин буквально кружил вокруг неподвижного шиноби, с жаром доказывая свою правоту, скрипя зубами на каждое возражение оппонента.

— А что музыка? Все мало-мальски стоящие произведения созданы еще...

— Б..., Сасори, да смажь ты уже свою е... куклу! З... скрипеть! — прервал спор Хидан, вскакивая со спальника, на котором валялся.

— Как только вернемся на базу — смажу, — кукольник остался ничуть не впечатлен гневом жреца Джашина. — Ты хоть представляешь, насколько сложен механизм звукоизвлечения этого конструкта? Рисковать этим произведением искусства, разбирая его посреди леса, я не намерен.

— Ха, и эту скрипелку ты называешь искусством?! — не мог не воспользоваться моментом блондин, начиная новый круг перепалки.

Одно и то же. Каждый раз. Стоило только Сасори и Дейдаре оказаться в одном месте, как вновь и вновь начинался бессмысленный спор. Спор ради спора — этого Нагато не понимал никогда. Но кукольнику и бакутонщику, похоже, доставлял удовольствие сам процесс. Не самый большой изъян среди представителей его разношерстного отряда.

— Хс-с... Каждый раз одно и то же, — тихое бурчание Орочимару, словно прочитавшего мысли Пейна, расслышать мог лишь стоящий рядом Нингендо. Что наверняка не было случайностью.