Иерусалим, Владикавказ и Москва в биографии и творчестве М. А. Булгакова [litres]
- Автор: Этингоф Ольга Евгеньевна
- Язык: русский
- Год: Знак
- ISBN: 978-5-94457-296-7
- Жанр: История искусств
Электронная книга - «Иерусалим, Владикавказ и Москва в биографии и творчестве М. А. Булгакова [litres]». Краткое содержание книги:
При этом из-за крайней нищеты, не имея возможности приобрести новую одежду, после болезни М. А. Булгаков появлялся во Владикавказе в деникинской форме, о чем независимо друг от друга свидетельствуют очевидцы. По воспоминаниям Т. Н. Лаппа,
он ходил во френче без погон. Поди докажи потом, что он был лишь военным врачом[317]; Он был со снятыми погонами, фуражка мятая, обмотки… (Л. Д. Улуханова)[318]; Мужчина в форме военного врача – М. Булгаков (Т. Т. Мальсагова)[319].
Информация об этом, кажется, впоследствии просочилась и в Москву. Так, по свидетельству П. Е. Заблудовского, в театре Вс. Мейерхольда на диспуте, посвященном постановке «Дней Турбиных», критик А. Орлинский, преследовавший М. А. Булгакова, сказал, что писатель «одно время» носил белогвардейскую форму[320]. Вероятно, кто-то из литераторов, бывавших в тот период во Владикавказе и встречавший там писателя, упоминал о его облике и в столице.
Т. Н. Лаппа вспоминала:
Был май месяц; Михаил ходил еще с палкой, опирался на мою руку. В это время как раз приехали коммунисты, какая-то комиссия, разыскивали белогвардейцев. И я слышу, как кто-то говорит: «Вот этот печатался в белогвардейских газетах». «Уйдем, уйдем отсюда скорей!» – говорю Михаилу. И мы сразу же ушли. Я вообще не понимаю, как он в тот год остался жив – его десять раз могли опознать[321].
Никаких документальных свидетельств об аресте М. А. Булгакова до нас не дошло. Сам М. А. Булгаков в показаниях 1926 г. в графе «Сведения о прежней судимости» никаких данных о своем задержании во Владикавказе не вносил[322]. Более того, в другом варианте мемуаров Т. Н. Лаппа прямо говорит, что они избежали ареста:
И какой-то страх на нас напал, что должны прийти и нас арестовать. Кое-кого уже арестовали. Но как-то нас это миновало, не вызывали даже никуда[323].
Была ли она вполне откровенна или, скорее, умалчивала о чем-то из осторожности?[324] Маловероятно, что Чрезвычайная комиссия осталась равнодушна к М. А. Булгакову, которого узнавали в городе как белого, тем более, что в 1920 г. последовательно проводилось несколько регистраций всех, служивших при добровольцах. О своем обещании (клятве) при разводе никогда не приоткрывать прошлое М. А. Булгакова Т. Н. Лаппа прямо говорила Л. М. Яновской:
Об одном он говорил твердо. Это было смыслом его последнего разговора с ней. Пусть их прошлое будет только их прошлым. Пусть она обещает не таить зла и никому не рассказывать то, что знает о нем[325].
То же первая жена М. А. Булгакова повторила и в беседе с В. И. Сахаровым:
Я дала слово моему первому мужу при расставании, что о его жизни ничего не буду рассказывать. Но с тех пор прошло так много времени, что я могу нарушить обет молчания. И времена сейчас иные[326].
Она настаивала на том, что и с Ю. Л. Слезкиным М. А. Булгаков познакомился только при красных[327]. Это прямо противоречит реальным обстоятельствам их совместной работы в белой прессе. Здесь уместно привести слова В. И. Лосева:
<…> Не случайно первая жена писателя Т. Н. Лаппа, в беседах с пытливыми булгаковедами, восторгавшимися полученными от нее новыми сведениями о жизни писателя, с улыбкой говорила, что в этих сведениях нет ничего особенного, самое главное осталось недосказанным. Значит, было это главное, важное в жизни писателя. Во всяком случае, не исключено, что Булгаков мог оказаться свидетелем каких-то сцен, которые запомнились ему надолго, а может быть, и навсегда[328].
Возможно, информация о доносе на М. А. Булгакова и о его аресте содержится тем не менее в мемуарах самой Т. Н. Лаппы, но в скрытом, недоговоренном виде:
А в доме, где мы жили, оставался сын казачьего атамана Митя <…> И вот однажды он говорит мне: «Вступайте в нашу партию! – Какую? – У нас вот собираются люди, офицеры… Постепенно вы привлечете своего мужа…» Я сказала, что вообще не сочувствую белым и не хочу. А потом я узнала, что он предложил это же бывшей медсестре из детского сада, с которой у него был роман, а она сообщила об этом, и его расстреляли. А про Михаила, конечно, могли сказать, что он печатался в белогвардейской газете. Да даже этот Митя мог назвать его имя![329]
Примечательно, что в связи с подпольем или «партией» белых, члены которой собирались у Мити, в двух других вариантах воспоминаний Т. Н. Лаппа говорила:
Там же целое белогвардейское гнездо было <…>[330].
317
Лаппа-Кисельгоф Т. Н. Из воспоминаний // Сахаров В. Михаил Булгаков: писатель и власть. По секретным архивам ЦК КПСС и КГБ. М.: Олма-пресс, 2000. С. 376.
318
Чудакова М. О. Жизнеописание… С. 134.
319
Стронгин В. Любовь Михаила Булгакова. Романтическая история. М.: Центр-полиграф, 2000. С. 18.
320
Чудакова М. О. Жизнеописание… С. 276.
321
Там же. С. 134—135.
322
Шенталинский В. Донос… С. 278.
323
Соколов Б. Три жизни Михаила Булгакова. М.: Эллис Лак, 1997. С. 139.
324
Д. А. Гиреев даже предполагал, что Т. Н. Лаппа приехала во Владикавказ только летом 1920 г. Гиреев Д. Михаил Булгаков… С. 99.
325
Яновская Л. Творческий путь… С. 46. Об этом же пишет Ст. С. Никоненко: «Как добывалось требуемое – через сопротивление Татьяны Николаевны, заявлявшей, что она все забыла, и давшей Булгакову клятву ничего о прошлом, с ним связанным, никому и никогда не рассказывать, – можно видеть из книги Яновской, в этом признающейся». Никоненко Ст. Михаил Булгаков и Юрий Слезкин… С. 178.
326
Лаппа-Кисельгоф Т. Н. Из воспоминаний // Сахаров В. И. Михаил Булгаков: писатель… С. 266.
327
Паршин Л. Чертовщина… С. 81.
328
Булгаков М. Собрание… Т. 2. С. 626.
329
Чудакова М. О. Жизнеописание… С. 135.
330
Соколов Б. Три жизни… С. 144; Паршин Л. Чертовщина… С. 88.