Вокруг света в сорок тысяч лет

ПОЛНОМОЧНЫЕ ПРЕДСТАВИТЕЛИ

Каждый день каждый из нас собственной властью вызывает к себе на службу по меньшей мере десятки слов-пришельцев из дальних мест. Да не простых пришельцев, а полномочных представителей народов чуть ли не со всех сторон света. Стоит сказать: хозяин взвалил на спину чемодан с пижамами — и вы сразу оказались в обществе трех персов и одного римлянина. Слово «хозяин» пришло к нам из иранского языка, и не случайно оно напоминает то слово «ходжа», которое на Востоке иногда обозначает паломника в Мекку, а иногда становится просто почтительным обращением. Слово «пижама» тоже иранское, как и «чемодан», впрочем, оба они особо близкая родня, потому что «чемодан» был на родине «пиджамаданом» — вместилищем пижам.

Слово «спина» кажется настолько своим, что дальше некуда, а вот оно латинское… Ученые говорят, что меньше тысячи лет прошло с тех пор, как вошло это слово в русский язык. До этого его роль играло слово «горб».

Хотите порассуждать о рыбной ловле? И сразу появятся «финны» — камбала и таймень, семга и сиг.

С островов далеких южных морей примчалось «табу», из Африки — «кофе», из Америки — «шоколад», индейцы Центральной Америки, даже тибетцы, скрытые за своими горами, сделали пусть совсем маленькие, но собственные вклады в наш привычный лексикон. Даже… Да называйте кого хотите. Вавилоняне?.. Мы получили от них слово «топор», на который, правда, «претендуют» еще и скифы. Впрочем, возможно, что скифы тоже правы, поскольку выступали здесь как посредники между Вавилоном и Русью, разделенными не только расстоянием, но и многими веками.

Т. А. Шумовский пишет в книге «Арабы и море»: «Арабская струя в море русского языка шире, чем принято думать, и нередко именно обитателям далекого полуострова мы обязаны даже, казалось бы, исконными русскими словами…Неожиданностью бывает установить арабский источник в таких словах, как «зипун» (из санскрита) или «котомка».

Как видно из цитаты, для слова «зипун» арабы, с нашей точки зрения, сделали то же, что скифы для «топора», — передали его русским. Вот вам и индийский гость. Должен, однако, добавить, что иногда «зипун» объявляют гостем из венецианского диалекта итальянского языка, причем передали нам «зипун» в этом случае греки.

Впрочем, всегда надо иметь в виду, что о происхождении одного и того же слова ученые могут быть разных мнений, и, по заключению известного этимолога Макса Фасмера, «баржа» попала к нам не от арабов, как считает Шумовский, а по цепочке, в число звеньев которой входят Рим, Греция и Древний Египет.

Акула — «древний исландец», серьга — «древняя чувашка», флаг — «голландец». Рыбка анчоус приплыла в русский язык из голландского (или немецкого), в голландский из французского, во французский из баскского.

Но хоть все эти слова и иностранцы, а без анкеты с вопросом о далеких предках этого никак не поймешь. Ходят между нами как свои, да и вправду свои — никуда не денешься. Хоть и всего десятую долю русского лексикона составляют, но так же привычны, как остальные девяносто процентов. Одни слова живут с нами тысячи и больше лет, другие века, третьи всего лишь десятилетия, но ни в слове «кино», ни в слове «метро» чужого ведь не чувствуешь?

Молдаване и румыны, умелые скотоводы, передали восточнославянским народам «брынзу» и «цигейку» и некоторые другие слова, относящиеся к той же области хозяйства.

В свою очередь, почти треть лексикона румынского языка составляют славянские по происхождению слова.

В словаре современного албанского языка из 5140 наиболее употребительных слов только 430 «собственных» албанских по происхождению, остальные заимствованные (из романских, славянских, новогреческого и турецкого языков).

Кстати, и русский, и другие славянские языки щедро делились с соседями сокровищами своего словарного запаса. Немало русских и славянских слов не только в румынском, но и в литовском, в венгерском языках. Русские слова заняли важное место в языках всех народов СССР, связанных с русскими общей историей.

Еще интереснее и может даже служить предметом гордости то обстоятельство, что образованное на латинской основе слово «интеллигенция» родилось в своем нынешнем смысле в России и отсюда совершило путешествие в другие страны мира.

Мощный поток русских слов устремился в языки других стран после Великой Октябрьской революции — от «Совета» 1917 года до «спутника» 1957 и так далее.