Строптивая невеста [litres]

– Ты не представляешь, как он злился! В конце концов наорал на меня, как торговка селедкой, и орал, пока я ему не вмазал.

– Ты – своему принцу?.. – Ольга невольно попыталась представить короля Астурии и герцога Бастельеро дерущимися. Не вышло. Вообще никак. – Но это же…

– Это – конспирация! – Радостно ухмыляясь, Гектор хлопнул Колина по плечу. – И вообще, если он не будет на тренировках лупить в полную силу, то кто тогда?

– А то врезать тебе, лосю рыжему, так прямо и некому! – засмеялась Лиз. – С твоей-то наглой мордой. Наверняка, не только твой курс, но все остальные в очередь становятся.

– Ха! Если будут нападать по трое, то всей той очереди – на час.

– Самонадеянный павлин! – хмыкнул Колин и толкнул Гектора в бок.

В общем, как-то так получилось, что к концу прогулки Ольга легко звала обоих гэльсов по именам и без малейшего стеснения доверяла его высочеству нести свои покупки. И, разумеется, они с Лиз позволили своим кавалерам проявить галантность и пригласить их на ужин. Сугубо дружеский.

На улицах уже зажглись фонари, а их столик на террасе открытого кафе освещали свечи в разноцветных стаканах. Готовили в этом кафе вкусно, публики было немного, и Ольга в компании новых друзей чувствовала себя прекрасно. Гэльсы за своей напускной простотой оказались очень милыми, умными и заботливыми, а то, как они наперебой пытались баловать Ольгу и Элизу – словно младших сестричек – было невероятно трогательно.

Один из предметов «баловства» сейчас как раз лежал перед Ольгой. Справа от тарелки с последним, не влезшим пирожным.

– Любуешься на Йорика? – ласково и насмешливо пробасил Гектор.

– Ага, любуюсь, – ответила Ольга и провела пальцами по гладкой костяной поверхности. – Красавец!

Окаменелый череп альва, идеальную основу для сильного некро-артефакта, она нашла в полулегальной лавке диковинок. Держал ее дварф, явно давно и плотно знакомый с рыжим гэльским принцем.

– Для друзей герра Гектора – лучшие товары со всего мира! – приветствовал он гостей в своей лавке.

– И скидка, – не преминул напомнить Колин, гордящийся традиционной гэльской бережливостью. – На всю контрабанду – вдвое.

– Ай, какой контрабанда? О чем говоришь, дарагой? – у дварфа внезапно прорезался странный акцент. – Я честный торговец, мамой клянусь! Смотри товар, да? Лучше не найдешь! В убыток торгую! Дэти голодный!

Насчет голодных детей Ольга очень сомневалась, уж слишком упитанным был сам смуглый и усатый дварф. А как он торговался! Не хуже гэльсов. Когда Лиз выбрала себе котелок, шепнув Ольге, что стоит он здесь в два раза дешевле, чем в крупном магазине, они чуть не передрались.

Ну, Ольге так показалось. Уж очень громко гэльсы доказывали дварфу, что котелок худой, металл не чистый и цена завышена, и все это – размахивая руками и призывая в свидетели целый языческий пантеон. Дварф не отставал, число его голодных детей росло вместе с поборами от «злой полицай», а доходы падали. А с каким трагическим лицом дварф достал из-под прилавка треногу, чтобы и ее забирали даром, вот совсем даром, разорите вы меня вконец!