Судьба

– Привет, мамуль! – бодро произнесла я в трубку, не спеша поднимаясь по лестнице.

– Доченька, а я только что о тебе думала! – мамин негромкий голос звучал совсем тихо. Наверное, папа уже лёг спать. – Сегодня встретила твою Милу в магазине…

– Милку? Хлебникову? – обрадовалась я. – Я её тыщу лет не видела. Вот как школу окончили, так и не встречала. Как она, мам?

– Да она же теперь знаменитость, Сонечка. Так просто и не подойдёшь. Ответила односложно, мол, у неё всё в порядке. О тебе даже не спросила.

– Мамуль, да она всегда была эгоисткой, – рассмеялась я. – Она считала, что мир создан только для того, чтобы холить и лелеять её, единственную и неповторимую. Так она что, в политику ударилась, что ли? Я бы не удивилась…

– Артисткой стала, – в мамином голосе появились знакомые мне с детства нотки, которые тут же отдались во мне привычной реакцией. У меня даже дыхание как будто сбилось, впрочем, это скорее всего случилось из-за того, что я поднималась пешком. – Видела бы ты её, эту артистку. Руки дрожат, а на глазах очищи чёрные. И в корзинке продуктовой пива бутылок десять.

– Так может быть, она в гости собиралась, мам.

– Ну да, в гости! – едко ответила мама. – В восемь утра!

– Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро…

С Милкой Хлебниковой мы дружили. Хотя можно ли назвать эти отношения дружбой, если после окончания школы ни у меня, ни у неё больше не возникло потребности к тому, чтобы увидеться, прогуляться по нашему парку или просто поболтать по телефону? Это я уже сейчас, спустя одиннадцать лет, понимаю, насколько мы с ней были разные. Несовместимые даже. Яркая, уверенная в себе красавица и мелкорослая невзрачная молчунья – что могло быть между нами общего? Однако же всюду мы ходили с Милкой вместе, и даже на первые свои свидания моя подружка всегда брала меня с собой. Для поддержки – как объясняла она мне. Лишь после того, как однажды Юрка Чеботарёв, первая серьёзная Милкина любовь, вдруг сделал попытку приударить за мной – проспорил друзьям, наверное, – Милочка решила, что совместные прогулки втроём пора отменять. Я помню тот наш разговор с ней, её слёзы и свою обиду, а потом начались выпускные экзамены, и нам уже было не до того… А после школы и вовсе. Значит, всё-таки Милкина мечта осуществилась и она стала актрисой – артисткой, как язвительно назвала её мама. А вот я об этом не знала – в театр я ходить не люблю, сериалы не смотрю, к тому же и телевизора у нас до недавнего времени не было.