Клодет Сорель

«Пирожок» посмотрел на них – и вправду, похоже, с ненавистью, и отвернулся, уставился в окно. Андрей неожиданно перестал напрягаться – Клодет прямо почувствовала, как облегченно обмякло его плечо под ее ладонью. Зеленин усмехнулся.

- А вам не кажется, что вы перекладываете на наши плечи то, чего сами не сделали, господа либеральная интеллигенция? Если вас интересует мое мнение – оно вас, конечно, не интересует, но я все равно скажу – страну до черты довели именно вы. С больной головы, как говорится, на здоровую перекладываете.

«Пирожок» ничего не сказал, вообще никак не отреагировал, смотрел в окно, молчал.

- Вы почему-то решили, что кто-то будет за вас выполнять необходимую работу. И раз армия обучена стрелять, то самое просто решение – это же любому штатскому так кажется - взять и всех пострелять. Чтобы грязную, жестокую, кровавую работу делали не вы, а кто-то другой. Скажем, офицер, который вам попался в попутчики в набитом вагоне поезда, да? На него все и свалим. Вы кем, простите, служили? Присяжным поверенным, судя по умению обвинять?

«Пирожок» по-прежнему не отвечал.

- Ну, пусть не присяжным поверенным, пусть в департаменте каком сидели, в каком-нибудь из наших бесчисленных комитетов по спасению чего-то там, в союзе городов ли, в управлении по снабжению ли, в общем, занимались чем-то очень важным, а не глупостями, вроде сидения с винтовкой в окопах, правда? Ответить, я понимаю, вам, собственно, нечего. Вы правы, у нас все было. Был Государь, возможно, не самый лучший, но ведь и не самый самодур среди самодержцев. Был парламент, настоящий, как в Европе. Были пусть плохонькие, но свободы. Правительство было, не идеальное, конечно, но уж извините, какое есть. Все было, чтобы шагать в ногу с миром, работать, плавить сталь, убирать хлеб, производить станки и машины. Но вот работать-то вы как раз и не желали. Вы хотели лить бесконечный словесный поток в своей Думе, топать ногами и требовать, требовать, требовать, считая, что страна управляется вами, что это вы в Таврическом решаете, по какому пути двинется Россия. Вы издавали бесконечные циркуляры, приказы и распоряжения и никак не могли уразуметь своими чиновничьими мозгами, что такой гигантский механизм как Российская империя бумажками не управляется. Нужен механизм, система, которая бы работала сверху донизу, и только потом можно чего-то требовать, рассылая свои мудрейшие циркуляры. А вы сидели в авто без колес и требовали от него быстрой и мягкой езды.

- Это вы что, простите, имеете ввиду? – нарушил молчание «Пирожок».

- А вы не помните? В Петрограде нет хлеба, у магазинов драки в очередях, на всех заводах стачки, на улицах митинги – а чем занимается наш либеральнейший парламент? Обсуждает, сделать ли правительство подотчетным монарху, или этого никак допустить нельзя. Что будет потом со страной – вас интересовало? Нет. Единственное, чего вы желали страстно и от всей души – это захватить власть, разобрать хорошие сытные должности и сняться для истории на фотокарточку: вот, мол, мы, новые правители России. Кто-то из вас подумал, что самое главное в нашей стране, это не подотчетность правительства, а количество хлеба в магазинах? Что прежде всех циркуляров народ надо накормить? Разве с отречением царя по мановению волшебной палочки пополнились закрома? Кто-то из вас, таких умных, подумал, что солдатам в окопах элементарно нечего жрать? И не потому, что в стране проклятое самодержавие, а потому что снабженцы все украли еще в тылу. Вы подумали о том, что отречение не остановит повального казнокрадства вашей чиновной братии, что как воровали и брали взятки, так и будут? Что все мудрые указы вашего правительства никто на местах исполнять даже не собирается, потому что на местах испокон веку исполняют только собственные указы. Махнут рукой: «До Бога высоко, до царя далеко!» и продолжат брать взятки и воровать. Кто-то из вас, таких умных, об этом подумал? Кто-то попытался не указы издавать, которые все равно никто выполнять не будет, а систему выстраивать?