Любовь ослепляет (Я не хочу видеть) (ЛП)
- Автор: EffortlesslyOpulent
- Язык: русский
- Переводчик: "snarky sweetness"
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Любовь ослепляет (Я не хочу видеть) (ЛП)». Краткое содержание книги:
Кларк поставила тарелку себе на колени.
— Да, да, я — попавшая в капкан лиса, а ты — сволочь. Как угодно.
Лицо Лексы перекосило от истинного недоумения.
— Я… Ты… Что? Это какая-то метафора? Я не понимаю… — пробормотала Лекса, выглядя сбитой с толку, явно не понимая смысла, так как не присутствовала при разговоре Кларк с Густусом. Она склонила голову набок с любопытством.
Кларк отвела взгляд, зная, что это было ее настоящей слабостью. Если бы это был простой день до этого, она бы рассмеялась от очаровательно смущенного поведения Лексы.
Так было бы вчера.
Но не после вынесенной боли и мук сегодня.
— Я в порядке, Лекса. Я — врач, не забыла? Хотя, наверное, ты забыла в стремлении использовать меня…
— Я не забыла, что ты сделала для моих людей. Особенно, для Линкольна, — прокомментировала Лекса, сидя в своем кресле и одаривая Кларк властным видом. — Но тебе не стоило так упорно пытаться высвободиться. Я восхищаюсь твоим упорством, но посмотри, что ты наделала…
— Ты напичкала меня наркотиками на свидании, чтобы похитить и попытаться изнасиловать, — напомнила Кларк с болью, пронизывающей ее тон голоса.
— Ты думала, что я могу… — оборвала свою речь Лекса, выглядя несколько виновато.
— Я не знаю, что и думать, Лекса, — вздохнула Кларк. — Я даже не знаю, с кем разговариваю.
Лекса напряглась от этого. Тепло, смех, связь. Это все ушло. Или, по крайней мере, было похоронено под сильной, непоколебимой ненавистью. Которую они обе испытывали.
Она наклонилась вперед, под свой рабочий стол, доставая большую, белую, свернутую бумагу. Она осторожно развернула ее на столе и открыла перед Кларк, с максимальной осторожностью, это была карта города и его окрестностей. На ней были отмечены маленькие красные и синие иксы, круги, какие-то пометки и прорезанные дырки в бумаге.
Кларк наклонилась вперед с любопытством.
— На что я смотрю?
Лекса наклонилась вперед, пальцами прослеживая карту.
— Моя работа с тех пор, как я… мои родители прекратили ее.
Кларк выглядела растерянно, прежде чем кивнуть.
— О… так это деятельность… твоей банды. Твоя территория.
— Называй это, как хочешь, — оставалась непоколебимой Лекса. — Это копия нашего положения.
— Что это за красные крестики? — спросила Кларк. — Вот здесь их достаточно много… — кивнула она на границу между Восточной и Западной сторонами.
— Жертвы, — мрачно ответила Лекса, заставив Кларк подавиться своей булочкой, когда атмосфера вдруг стала весьма смертоносной. — Цвета представляют различные… группировки.
Кларк заметила, что там был не один цвет, а множество банд. Основными были Земляне и Кочевники, но Кларк насчитала, как минимум, двенадцать перед собой. Она не могла поверить в это. Беллами и Лекса практически контролировали их все. Их владения, смерти, кровопролития, предательства. Какое же это бремя, стоять у власти.
— Вот же дерьмо, — вздохнула Кларк, ее глаза заслезились то ли из-за новостей, то ли из-за булочки, она была не особо уверена.
— Именно, — ответ Лексы был формальным, холодным, резким. Она оглядела карту с презрением, и Кларк вдруг почувствовала себя весьма ответственной, по крайней мере, за несколько смертей на этой карте. В конце концов, она была когортой Беллами и Лексы.
Она не могла избавиться от чувства вины, которое начало разрастаться внутри нее, как за золотник ошибок, которые постоянно нервировали ее в глубине души.
— Кларк, — заговорила Лекса, когда полезла в ящик своего стола, доставая оттуда большой желтый конверт. Она отстегнула печать легким движением пальца и вывалила содержимое на стол, поверх карты.
Кларк округлила глаза. В конверте были фотографии, по крайней мере, с сотней разных людей, со встреч и переговоров. Некоторые из них были сенаторами, политическими деятелями. Ее челюсть отвисла. Некоторые из них были из ее окружения. Беллами и Октавия. Рэйвен и Мёрфи. Некоторые из подростков, не старше шестнадцати, по мнению Кларк.
Сердце Кларк начало учащенно биться в груди. Лекса знала все о ней все это время, и она не сделала ничего безрассудного. Может быть, была надежда? Она чувствовала неправильность в каждом аспекте этого слова. Ее и так уже тошнило от скрученного живота.
— Что… — вздохнула Кларк. — Кто дал тебе право…? Кто эти люди? — ее руки изящно проскользили по тонкой бумаге с некоторыми фотографиями.
— Здесь некоторые из «игроков» нашей так называемой игры, — ответила Лекса, хладнокровно и небрежно, откинувшись на спинку кресла. — Мои люди всегда наблюдают. Они везде.
— Думаешь, Беллами делает то же самое? — заартачилась Кларк.
Черт возьми, Кларк. Не окунай себя же в воду.
— Я не была бы удивлена, — отрывисто проговорила Лекса. — Скажи мне, Кларк. Что поражает тебя на некоторых из этих фотографиях?
— Ты что, мозгоправ? — промямлила Кларк. Она чувствовала, как будто была на психоанализе.
— Если бы я была специалистом в области психического состояния, я бы, скорее всего, нашла лучший способ заставить тебя заткнуться, — Лекса открыла ответный огонь.
Ауч. Командующая определенно вернулась.
— Вот эти… — указала Кларк на подростков на некоторых фотографиях. — Они еще совсем дети. Однако они выглядят… по странному знакомыми, — прокомментировала она.
— А знаешь, почему? — спросила Лекса, выглядя неистово сердитой.
Кларк посмотрела на нее с легким удивлением.
— Нет… Я… Лекса, что мы здесь делаем? Просто скажи мне.
Лекса сжала челюсть, и Кларк пришлось оторвать взгляд от ее острой линии подбородка на мгновение. Она была вне себя, и Кларк не могла понять, почему.
— Это соперничество ведется уже довольно долго, и я не посмела бы и мечтать о том, чтобы прекратить его, потому что все так, как есть, Кларк, — вдруг поднялась Лекса, и Кларк почувствовал себя очень маленькой, незначительной, по сравнению с ее неустрашимостью. — Но твой… друг. Беллами, — выплюнула она его имя с таким презрением, что Кларк в самом деле отстранилась назад как от плевка. — Нарушил основоположные правила наших чертовых распрей.
Тело Кларк вдруг пробил озноб. Она испугалась, искренне переживая за себя и Беллами, и всех остальных. Лекса больше не шутила, черт возьми.
— Беллами и Октавия Блейк — первое поколение, которое столь низко пало, толкая некачественные продукты на улицах. Это не удивительно, и обычно, я бы не стала заморачиваться. Но сейчас… — повысив голос, она сунула фотографию Кочевника в руку Кларк, приближающегося к юном ученику, предположительно, за пределами школы. — Они, твою мать, вербуют детей. Как? Подсаживая их на дешевое, низкосортное дерьмо. Им по сколько? Шестнадцать, семнадцать лет, Кларк… Они не знают, во что себя втягивают.
Челюсть Кларк в самом деле отвисла. И все ее тело начало трясти от чего-то, помимо страха. Гнев. Беллами никогда не позволил бы Октавии проворачивать нечто подобное. Но неужели ему было все равно, что другие страдали и чахли в руках его халатности?
— Кларк, — сказала Лекса, встретившись взглядом с глазами Кларк, двигаясь дальше со своей речью. — Мы — сопротивление. Единственное, что сдерживает Беллами от захвата всего округа Колумбия. Каждый цвет, который ты видишь на этой карте, это «банды», как ты выразилась. Таков наш результат на сегодня. Мы завербовали и превзошли, и… исключили многих, чтобы добраться до этой точки. Поверь мне. Это достижение не должно быть упущено, и уж точно все это не должно оказаться в руках кого-то настолько высокомерного и безжалостного, как Беллами Блейк.
Кларк покачала головой.
— Меньшее из двух зол? — вздохнула она. — Это вовсе не значит, что за твое начало стоит бороться.
Кларк вспомнила, как много бледных и лихорадящих подростков она видела в палатах восстановления. Какими безжизненными они казались, их души были лишены всякой воли.
— Ты знаешь, кто из нас дьявол, Кларк, — поджала губы Лекса.