Зыбкое равновесие

—Капитан! Габор отходит! — крикнул Орлову матрос, стоящий на коленях перед телом, бьющимся в конвульсиях. У несчастного выступили кровавые пузыри на губах, и была почти полностью разворочена грудь. Справа было, какое-то месиво из костей, крови и, кажется, форменной тужурки.

—Берг! Зафиксируй! — непонятно сказал Орлов, и положил руки прямо на месиво. Из под ладоней, прямо на капитана, вдруг брызнуло кровью. Берг держал голову, а Орлов казалось, окаменел. Потом он вдруг с размаху ударил умирающего в грудь.

—Дыши сука! — и ударил еще раз. А умирающий вдруг вздохнул, и открыл глаза.

Больше не обращая на него внимания, капитан встал и сказал:

— Следующий.

Когда кончились раненые, Орлов скинул на пол насквозь промокшую от крови тужурку. Снова оказавшись в одних коротких штанах.

—Значит так, раненых кормить от пуза. Всему экипажу порцию рома, раненым- тройную. Давай воду.

Берг тоже бросил на палубу свою тужурку, оказавшись полуобнаженным. И боцман начал их обливать из шланга водой под напором. Тщательно отмывшись и вытершись, они собрались полнятся на палубу но были остановлены боцманом.

Он встал в строевую стойку и сказал:

— Капитану Орлову, и Алексею Бергу- виват!

—Ну что вы, братцы? Нельзя же так любить выпивку! — Орлов, мне кажется, смутился. Берг похлопал его по плечу, и сказал:-

—Спасибо, матросы.

И они ушли наверх.

Там их ожидали капитаны сдавшихся линкоров. Они начали было представляться, но Орлов устало махнул рукой.

—Господа. До завтрешнего утра вы будете вести спасательные работы. Утром ставим паруса. Тот, кто придет в Триест первым в тот же день отправится домой. Остальные останутся в плену до решения Императора. При попытке скрыться ночью или в тумане, корабль будет потоплен. Можете идти.

И повернулся к юту. Там весело прыгала маленькая Катя, и зло щурилась Марина Минина.

—Орлов! Что это было? — спросила графиня.

Берг, идущий рядом, с интересом уставился на Орлова.

—Дело в том, графиня, — вежливо начал Орлов, — что английские корабли испускают ужаснейшее зловоние. Подвергать вас оному- недопустимо. И только учуяв малейшие миазмы, я приказал вас убрать с палубы, дабы не портить вам обонятелную палитру. А как только мы с ними договорились, что они будут идти впереди, то и все. Гуляйте себе на здоровье.

—Сашаааа- подскочила к Орлову маленькая Катя- мы им надрали задницу, да? А когда мы теперь акулу поймаем?

Он присел к ней на корточки.

—Ну, ты же маркиза, Кать, нельзя так говорить. Нужно говорить, мы их… как бы …

—Уестествили- подсказал Берг.

—Ну, чему ребенка учишь, Леха! А акулу- завтра, ладно? Какая ловля в темноте? И давайте поужинаем, а то че та я совсем голодный. И, Маш, не обижайся, ладно?

—Сань! — обратился к Орлову Неверов- забирай, нечего разбрасывать.

И протянул шпагу, обернутую портупеей.

—Что это? — буркнул наш капитан.

—Это, Александр Алексеевич, шпага адмирала Спенсера. Которую он вам вручил.