Темнейший убийца [14,6][ЛП]

— Отойди, Бьорн, — прохрипела она.

— Почему? — Передразнил он ее. — Потому что у тебя не хватает сил отступить?

«Неужели она также слаба в отношении меня, как я в отношении ее?» Даже эта мысль его взволновала.

— Потому что ты собираешься меня убить, и я не могу тебе доверять.

— Можешь верить мне сегодня, поскольку клянусь, что не причиню тебе вреда. Если только ты не нападешь, вынуждая меня защищаться. — Всегда лучше выдвинуть ограничительное условие. — Но отойти? Нет. Я слишком занят, мысленно снимая с тебя футболу.

Всего несколько минут назад он держал ее грудь в своих ладонях. Эти красавицы были более чем прекрасны, упругие, но мягкие, и абсолютно идеальные.

Фокс фыркнула.

— Ты не просто раздеваешь меня. А паркуешь свой стояк у меня в гараже.

Он с трудом сдержал улыбку. Черт ее подери!

Как бы ему не нравилась эта женщина… нет, это не правда. Он не испытывал к ней неприязни. Ему не нравился ее поступок. В чем настоящая проблема? Она нравилась ему больше, чем следовало.

«Я не стану убивать ее… никогда». Придется найти другой путь.

«Должен быть другой путь». Бьорн хотел помочь этой женщине, не причиняя вреда.

Правда промелькнула в его голове, нашла место для лагеря и поселилась там. У него стояк на нее с тех пор, как он ее увидел вылетающей из душей, мокрой и голой. Каждое последующее общение только усиливало желание.

Она так отличалась от Аланы, которая лгала всем и каждому, чтобы получить желаемое, независимо от того, кому причинит боль в процессе. Фокс говорила правду, какой бы горькой она не была, и справлялась с последствиями, причиняя боль только себе. Алана предпочитала доминировать над своими любовниками.

Несмотря на собственную силу, Фокс охотно сдалась ему, позволяя ему задавать темп. Алана часто строила из себя жертву, обвиняя других в своих проблемах. Фокс признает, когда напортачит, даже себе во вред, и Бьорн восхищался этим. Он бы предпочел спасти верного врага, чем вероломного героя. Предпочел бы работать с искренним врагом, чем с лживым союзником.

Он не сомневался, что свирепая красавица пойдет на все ради своего мужчины, подвергнет свою жизнь угрозе, чтобы защитить любимого, оставаясь верной до конца. Алана же заботилась только о себе.

Бьорн застыл.

«Хотел бы я стать мужчиной Фокс… надолго?»

— Какие мысли роятся в твоей голове? — спросила она, возвращая его в настоящее.

«Только те, что ты все, в чем я нуждаюсь».

Может быть, с Фокс он бы испытал истинное удовольствие.

Она медленно улыбнулась, и уголки ее рта приподнялись. Не от веселья, а от злого восторга.

— Посмотри, как ты сражаешься с собой.

Бьорн сжал кулаки. Он упоминал ее проницательности?

— Ты не причинишь мне вреда сегодня, если я не стану нападать, — продолжила Фокс. — Я не вернусь в подземелье добровольно. Итак, как будем действовать дальше? Ты собираешься попытаться: А — вернуть меня обратно в темницу, Б — поцеловаться со мной, или В — отпустить меня? Принимай решение. Только знай, что при первом варианте будет драка, поскольку я не сдамся без боя… и я, вероятно, обезглавлю тебя во время побега. Даю тебе три секунды на принятие решения, а затем решу сама. Три… два…