Боль [ЛП]

5

Матео сидит, откинувшись на стуле, и пытается сосредоточиться на длинном списке важных пунктов, перечисленных на белой доске, а также на занудном гуле консультанта по профессиональной деятельности, сверлящем мозг. К середине утра сверло, похоже, вошло в один висок и вышло через другой. Голова совсем не варит, мысли медленные и вязкие, он пытается поспевать за монотонной речью. Лицо мистера Мейсона наполовину скрыто в тени, и временами Матео забывает, кто он такой. Опасается, что, если эта высохшая реликвия снова прочистит горло, то не выдержит и запустит тетрадкой в голову старика.

Голова на самой вершине позвоночника начинает склоняться под смертельной тяжестью мозгов, грозя соскользнуть с поддерживающей ее руки. Верхние ресницы стремятся встретиться с нижними, и все кажется каким-то притупленным, словно преломленным сквозь призму заляпанного стекла. В голове пусто как на вытертой доске. Он глубоко втягивает потный застоявшийся воздух в попытке подавить нарастающее в нем чувство разочарования. Как же нелепо. Все это. По сравнению с масштабами вселенной каждодневное сидение в классе настолько бессмысленно, что от одной только мысли об этом его грудь болезненно сжимается. Школа — это куча дерьма. И всегда ею была — просто до сегодняшнего дня он не задумывался об этом. И не слишком-то надеялся, что в университете, когда поступит туда в следующем году, будет как-то по-другому. Впрочем, как и сейчас: сидящие в классе ученики делают записи, словно от этого зависят их жизни. «Для чего все это?» — хочется ему закричать. Чтобы попасть в лучший университет и таким образом доказать себе, что ты лучше простых смертных? Чтобы доказать своим родителям, что они лучшие родители, чем простые смертные? Чтобы четырнадцать часов работы твоих отца и матери каждый день в офисе, оплачивающих твое гребаное частное образование, о котором ты не просил, не казалось жалкой тратой жизни?