Одна к печали [litres][One for Sorrow]

Бонни рассмеялась.

– Всего лишь место, где ты будешь тусоваться чаще всего, пока учишься тут.

Она не ошиблась. Общая комната похожа на огромную гостиную, заполненную старыми кожаными диванами и богатыми узорчатыми коврами. Студенты отдыхают повсюду, некоторые играют в нечто похожее на бильярд в дальнем конце комнаты. Тут нет телика, но некоторые студенты приносят ноуты и смотрят фильмы онлайн в свое свободное время.

Сегодня я сижу тут с Араминтой и Бонни на паре темно-коричневых кожаных диванов. На низком журнальном столике перед нами – брошенная настольная игра «Карты против человечества». Араминта склоняется вперед.

– Итак, с кем ты переписываешься?

– О, просто один парень, с которым я познакомилась в свой первый день тут. К сожалению, с тех пор я не часто с ним виделась.

– О, расскажи!

– Да, вероятно, не о чем. Какой-то парень, зовут Теодор. Не знаю фамилии. – Я чувствую, как вспыхивают мои щеки.

Глаза Араминты распахиваются, затем она улыбается.

– О, будь уверена, мы знаем его, да, Бонни?

– Ага, – отвечает она с едва заметной заминкой.

– Он милый, но немного слишком гикнутый для меня, – продолжает Араминта. – Клянусь, если б он не учился в школе, то играл бы целый день. Но мне кажется, вы подходите друг другу. Тебе точно стоит попробовать!

– Ой, не знаю. Кроме того, я на время зареклась встречаться с парнями. Мы с Бренданом порвали незадолго до того, как я приехала сюда, и рана все еще немного болит. Хотите посмотреть фотку?

– Ты еще спрашиваешь!

Я нахожу старую фотку, где мы с Бренданом на пляже, его загорелая рука лежит у меня на плечах, и он крепко прижимает меня к своей обнаженной груди. Благодаря занятиям плаванием в университетской команде у него всегда были такие мускулистые руки… и вообще – великолепное тело. Но в этих руках действительно что-то есть. На фото у меня румяные щеки – от пары кружек пива, которое мы выпили. Почти чувствую легкий кокосовый аромат крема для загара, бриз с океана и то, как он ерошит мне волосы. Я выгляжу счастливой.

Потом внутри у меня все переворачивается, когда на заднем плане я вижу мой старый дом: кремовые доски и обрамленное белыми колоннами крыльцо. Я опускаю телефон.

– О боже, он такой шикарный, – ахает Араминта, хватая телефон со стола и увеличивая лицо Брендана. – Я бы не смогла бросить такого парня! Клянусь, в Америке они лучше.

– Очень сомневаюсь, – фыркаю, выразительно закатывая глаза, а потом тянусь, чтобы забрать телефон.

– Разве ты совсем не скучаешь по нему? – спрашивает Бонни.

Я пожимаю плечами.

– Иногда. Но чаще я рада, что уехала. Иначе как бы я познакомилась с вами? – говорю, стараясь придать голосу бодрости, надеясь, что они не заметят, как искусственно это звучит. – В любом случае тут намного интереснее, чем в моей старой школе. Даже ваша «общая комната» прикольная!

– Мне это можешь не рассказывать. Хотя тут могло бы быть и чище. – Араминта протягивает руку, проводит пальцем по каминной полке и морщит нос, показывая мне пыль. – Я могла бы заметить миссис Эббот, что «пернатые» не очень-то хорошо справляются с уборкой.