Между океаном и Сахарой

Целый этап в развитии искусства Нигерии — это культура Ифе, которую ряд ученых, в том числе нигерийских, считают одним из поздних ответвлений культуры Нок. Между тем в 1910 году, когда немецкий исследователь Фробениус впервые обнаружил эти произведения, никто не мог допустить даже и мысли о том, что их авторами были предки современных нигерийцев или других народов Африки.

Кому только не приписывали прекрасные творения Ифе — выходцам из легендарной Атлантиды, египтянам и этрускам, даже европейским первооткрывателям этих земель-португальцам! Даже после того как были сделаны новые находки и уже трудно было говорить, что они откуда-то попали в этот регион, долгое время преобладало мнение, что они являются лишь «случайным заимствованием у более развитых народов». Лишь более тщательные исследования, особенно изучение находок 1938 и 1959 годов, подтвердили африканскую природу культуры Ифе. Во-первых, все скульптурные портреты изображают представителей негроидной расы; во-вторых, пропорции фигурок характерны для скульптуры большинства народов Тропической Африки — значительно увеличенная голова составляет от четверти до трети длины тела; наконец, все эти предметы обнаружены в слоях земли того периода, когда территория уже была заселена племенами, живущими в Нигерии и поныне.

Основная часть произведений этой культуры представлена в музее древностей в Иле-Ифе — городе, давшем название всей культуре. Сам этот город был центром большого государства, расцвет которого приходится на XII–XV века. Урбанизация своеобразно отразилась на Ифе, она почти не затронула старый город. Лишь расположенный отдельно студенческий городок местного университета и незначительное число новых кварталов «осовременили» Ифе. Большинство же строений напоминает дома, в которых жили йоруба несколько веков назад и описания которых португальцами, первыми из европейцев посетившими этот район, дошли до нашего времени. Сохранились здесь и остатки древнего дворца обожествленного правителя всех йоруба — они (правда, теперешний они живет в дворце современной постройки).

Если связь между культурами Нок и Ифе все еще не установлена окончательно, то скульптура Бенина — несомненная преемница искусства Ифе. Свидетельство тому — и стилистическое сходство между ранними памятниками Бенина и поздними произведениями Ифе, и дошедшие до нас древние предания. В частности, одно из них повествует о том, что в конце XIII — начале XIV века приглашенный из Ифе мастер обучал бенинцев искусству бронзового литья.

По сравнению с другими старыми городами Нигерии, возникшими несколько веков назад, Бенину повезло меньше. Первое, что бросается в глаза, — несоответствие древней истории этого города его нынешнему внешнему облику.

Перед моей поездкой в Бенин мой добрый знакомый Экпо Эйо предупредил меня, что от старого города почти ничего не осталось. «Но все, что тебя интересует, ты найдешь в названиях улиц, в музее, а энтузиасты и знатоки истории города покажут тебе основные места, где проходили главные события», — говорил Эйо.

Время возникновения Бенина точно неизвестно. В результате археологических раскопок в центре города обнаружены памятники материальной культуры, датируемые XIII веком. Однако некоторые ученые полагают, что город возник двумя веками раньше. Подтверждением этому в какой-то мере служит и устная традиция, согласно которой до середины XII века в Бенине правила местная династия. И лишь после смерти ее последнего царя Агефы правящая верхушка обратилась к религиозному вождю в Иле-Ифе, и тот назначил некоего Оранмияна вождем бенинцев. От брака последнего с местной женщиной родился Эвека, который и стал основателем новой династии.

У здания редакции «Найджириан обсервер», где по договоренности с Экпо Эйо меня ожидал добровольный гид — местный журналист Питер Обох, я обратил внимание на небольшую статую женщины.

— Это одно из самых почитаемых в Бенине мест, — поясняет мой сопровождающий. — Предание гласит, что Эмотан — так звали героиню, в честь которой сооружен памятник, — в середине XV века спасла жизнь и помогла утвердиться на престоле оба Эвуаре, прозванному в народе Великим. Именно с его царствованием связывается возвышение «Бенинской империи». Дворцовые хроники приписывают ему расширение границ, постройку внешней стены в городе, которая, по оценке современных архитекторов, представляет собой выдающееся фортификационное сооружение доколониальных времен. В знак признательности Эмотан оба Эвуаре Великий посадил после ее смерти в 1445 году дерево ириге, которое сохранялось здесь до середины нашего века. Лишь в 1950 году оно было повалено ураганом. А в 1953 году английским скульптором Данфордом была сооружена эта статуя.

— Согласно тем же хроникам, — добавляет мой гид, — оба Эвуаре был еще и великим провидцем. Как-то разгадывая свой сон после очередной битвы, Эвуаре предсказал, что один из правителей Бенина окончит свои дни в неволе. Так оно и случилось.