Среди огнистых камней

Горг не поджидал меня рядом с дверью туалета. Я нашла его за нашим столиком, он расплачивался с официантом, и тот кивал головой, бодро улыбаясь. Мне стало интересно, откуда у Горга деньги. Я быстренько приблизилась к нему, чтобы увидеть, в чем там дело и почему официант так доволен. Денег я не заметила и недоуменно воззрилась на Горга. Его синие глаза были спокойны и уверенны. Официант ушел, а я накинулась на Горга:

– Ты что не заплатил ему? Ты загипнотизировал его?

– Я заплатил, Маша, правда, не деньгами. Я дал ему в счет ужина маленький камушек. Он теперь богат и счастлив. Мы можем идти домой, уже совсем стемнело. Ты еще не хочешь спать?

– Нет.

Мы вышли в темноту тропической ночи. Где не было освещения, там не видно было ничего. Идти пешком в такой тьме было невозможно, но Горгу и не нужно. Он вновь обнял меня за талию, и я сразу же закрыла глаза, чтобы избежать тошнотворного головокружения. Через секунду мы стояли внутри домика, облюбованного Горгом. Он включил свет, и я даже подивилась, что здесь есть электричество.

– Ну вот, мы и дома,– торжественно произнес он. – Когда мы выберемся из этих мест, я сделаю для тебя настоящий дом, дворец.

– Не надо, у меня уже есть один,– печально сказала я, вспоминая Егора, Джека, Рикро.

– Это не считается. Раз ты не хочешь больше Ра-Ойла, то и дворца нет.

– Думаешь, я тебя хочу? – уничижающе, спросила я.

– Ну,– он проказливо улыбнулся,– исходя из твоего сегодняшнего порыва в туалете, будем считать, что где-то в глубине души, ты меня хочешь. Иначе ты на меня не накинулась бы.

– Ты меня бесишь, Горг,– недовольно рыкнула я и плюхнулась на диван. – Я лучше пойду спать. Где мне можно лечь?

– О, тут имеется шикарная спальня. Пойдем, я уложу тебя,– весело проворковал он.

Мы прошли в другую комнату, и там действительно стояла огромная двуспальная кровать белого цвета. Горг скинул с нее пыльное покрывало.

– И я здесь помещусь, буду охранять твой сон,– с оживлением проговорил он.

– Только не дотрагивайся до меня,– мрачно приказала я.

– Как скажешь, моя королева, буду любить тебя издалека,– издевательски сказал он.

Я фыркнула:

– В твоих устах слово «любовь» звучит, как приговор к пожизненному заключению.

– Не надо так трагично, Маша. В ванну не хочешь залезть? Тут есть,– предложил он.

– Не хочу.

Я прямо в брюках улеглась на кровать и повернулась на бок, чтобы не видеть Горга.

– Спокойной ночи, моя прелесть,– прошелестел он и выключил свет.

Я закрыла глаза и постаралась действительно заснуть, чтобы ни во что не вникать и все выбросить из головы. Ибо беспокойства так нахлынули на меня, что я не знала, как пережить их. Я не хотела об этом думать и стала в уме просто считать, сначала до ста, потом до двухсот, и на счете тысяча пятьдесят я отключилась. Я опасалась, что без валерьянки увижу основателей, но увидела совсем другое.