Телохранитель Ее Величества 2. Противостояние [АТ]

— Почему? — повторил я.

— Потому, что это не работает больше нигде и ни с кем. Пробовали. Не у нас, в армии. Да, музыка бодрит, концентрирует, и результаты боец выдает более… Хорошие, — нашла она слово. — Но это лишь ступень концентрации. В элитных частях такого добиваются тренингом. Человек сам активирует этот механизм, без всякой музыки. Ты же…

Она покачала головой, вздохнула.

— Что, я же? — усмехнулся я, рассматривая голограмму, показывающую очередной альпийский пейзаж релаксационной программы.

— У тебя всё иначе. Это активатор каких-то твоих способностей. Как, каких, каким образом это работает — как раз это мы и собирались выяснить.

— Нагрузив меня так, что захотелось повеситься?

— Это проявляется только на пределе, Хуан, — повысила она тональность для пресечения несущественных аргументов. — И я не виновата, что он у тебя такой высокий. Однако, теперь мы знаем, как его достичь, и что это безопасно. Относительно, конечно… — улыбнулась она, а мне захотелось сжать кулаки от досады. Медики, прогнав меня через свои приборы и анализаторы, заявили, что со мной всё в порядке. Вкололи дополнительную питательную инъекцию, вдобавок к тому, чем обкололи на финише, и разрешили идти домой, в каюту. Когда войду в норму, разумеется, ибо я всё ещё ощущал слабость. Нога моя так же была в порядке.

В туннелях меня гоняли по кругу, центр которого был финишем. И после «активации» они открыли прямой выход к нему, почти по радиусу, так что в запредельном состоянии (согласно их классификации, раз оно наступило после предела) я пробыл недолго. И только потому со мной ничего не произошло.

Но окажись мой путь раза в три длиннеё… Не знаю, что бы было. Однако Катарина права, это работает, и я сам отдал бы душу, чтобы понять детали — не стоит брюзжать и обвинять её, как бы не хотелось этого делать

<i>«Свой выбор ты сделал, Шимановский!</i> — вякнул вдруг внутренний голос, как всегда не в тему. — <i>Там, перед сеньорой на Совете. Теперь терпи!»</i>

<i>«Мне послать тебя, или как?»</i> — не выдержал я.

— Что теперь будет? — спросил я вслух.

Катарина пожала плечами.

— Это противоречит всем уставам и инструкциям, музыка в режиме боя, однако, мы продолжим изучать её воздействие. Правда, не слишком часто — мало ли! — она окинула взглядом палату медблока. — Ты же не должен распространяться об этом — не хватало кому-то знать, что ты особенный и мы экспериментируем!

— Королева знает? — усмехнулся я, переходя к самому важному вопросу. Она кивнула.

— И королева, и все члены Совета, кто в тебе заинтересован. С их стороны утечки ждать не стоит, так что дело в тебе. Просто молчи, никому не говори. Ты не особенный, ты обычный, просто мы тебя «любим», и у королевы на тебя «свои планы». Понял?