Плюс минус 30: невероятные и правдивые истории из моей жизни
- Автор: Якубович Леонид Аркадьевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: 5 редакция
- ISBN: 978-5-04-115922-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Плюс минус 30: невероятные и правдивые истории из моей жизни». Краткое содержание книги:
Быть Леонидом Якубовичем в нашей стране – непростое дело, ведь такая народная любовь и популярность не всегда могут сыграть вам на руку. Впрочем, еще до участия в капитал-шоу «Поле Чудес» жизнь ее бессменного ведущего была полна невероятных шуток и нелепых стечений обстоятельств.
Первый полет на вертолете и назойливые журналисты, поездки в Чечню, дружеские розыгрыши с Геннадием Хазановым, все удачные и совсем не удачные попытки найти свой путь. Обо всем этом он рассказывает в своей новой книге: предельно честной и смешной до слез.
Содержит нецензурную брань!
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
– Мы выучим, Лева, мы все выучим! – они уже прямо чуть не в слезы. – Только включи нас в список!
– Ну, не знаю, – говорит Шимелов. – Попробую! Вы только вот что! Завтра дайте телеграмму в Министерство культуры Азербайджана, что вы не возражаете против участия в концерте! Телеграмма должна быть заказная, с уведомлением о вручении! А я тут постараюсь вас включить в список! И тексты! Учите тексты на азербайджанском! Без этого никак!
Эти двое с утра рванули в библиотеку искать русско-азербайджанский разговорник или хотя бы словарь!
Но сначала сбегали на почту и отбили телеграмму, что они «не возражают»!
В Азербайджане несколько, естественно, обалдели, получив это сообщение. Мало того что никакого юбилея Алиева и связанного с этим правительственного мероприятия нет вообще, так еще они, видите ли, «не возражают»!
Справочника не нашли и опять бросились к Феликсу: что делать?
Он мне велел где хочу, но достать: а) справочник и б) приволочь ему какой-нибудь непростой бланк телеграммы с почты.
Никакого азербайджанского справочника я не нашел, но милейшая старушка в центральной библиотеке Архангельска под расписку выдала мне на два дня «русско-турецкий разговорник для начинающих». И на почте я за две шоколадки, рассказав умирающим от хохота девчонкам ситуацию, получил специальный бланк, на который приклеили полоску со словами «kabul et gravür için soyadlarını gönder!» (согласны, высылайте фамилии для гравировки!), взятыми из этого разговорника!
И три дня гастролей самым большим удовольствием было слушать под дверью, как эти двое мучительно учат свои эстрадные скетчи на турецком языке!
В Москве был грандиозный скандал с походом в партком, в дирекцию, с обещаниями подать в суд, и все такое прочее!
Больше ни Максимов, ни Ляховицкий с Шимеловым и с Дадаевым не разговаривали!
Еще где-то Смольный узнал, что у местного секретаря обкома какая-то годовщина чего-то.
Тут же все народные артисты были отряжены с ним во главе идти поздравлять. Плюс еще, для массовки, несколько остальных.
Длиннющий коридор обкома, вереница народных во главе со Смольным, мы с Дадаевым в конце процессии.
Как только все вошли в приемную, Феликс дернул меня за рукав и велел «смотреть в оба»!
Достал из кармана наборный складной ножичек, вытащил пилку для ногтей и, к моему ужасу, вскрыл дверь кабинета рядом с приемной.
Вошел, огляделся, очень спокойно взял вазу с цветами, цветы вытряхнул, вазу протер салфеткой, вышел и закрыл за собой дверь.
И с этой вазой вошел в кабинет секретаря обкома и, дождавшись, когда Смольный, закончив свою поздравительную речь, выступил вперед и, держа эту вазу, на полном серьезе сказал:
– Позвольте мне! Я как представитель маленького, но гордого народа Дагестана хочу преподнести вам в дар эту вазу, которую просил меня вручить вам наш великий поэт и мой друг Расул Гамзатов!
И сунул эту вазу в руки хозяину кабинета!
Пошло братание. Секретарь обкома улился слезами радости! У остальных от удивления полезли глаза на лоб. Я лично не знал, под какой стол залезть от страха. Один Дадаев гордо пил на брудершафт с секретарем обкома уже как старый добрый приятель!
Ах, какое это было время! И ах, какие это были люди!
Через много лет, когда я уже вел программу на телевидении, мне выпала честь познакомиться с Гамзатовым.
Поразительный это был человек.
Дом его в Махачкале, который, по слухам, ему подарил Брежнев, был открыт всегда и полон народа.
Он очень тепло ко мне относился. Когда меня первый раз привезли к нему, он повернулся и вдруг сказал:
– Я знаю, ты кто! Ты заведующий лабораторией радости в нашей стране!
Я облился потом от смущения, а он позвал меня к столу, посадил рядом и так, как будто знал меня много лет и знал обо мне все, сказал то, что я буду помнить всю мою жизнь!
– Послушай, что я тебе скажу! Жить нужно только со своими! Можешь уехать на заработки, можешь жить, уехать куда-нибудь, или что-то делать можешь, где захочешь, на здоровье!
Но жить вернись к своим! Потому что когда-нибудь где-нибудь, кто-нибудь все равно даст тебе понять, что ты тут чужой! Или ты сам это почувствуешь! Только свои всегда все поймут и все простят, только свои! Запомни это! Только свои!
Я запомнил! Навсегда запомнил!
И все было замечательно!
И тут как гром среди ясного неба Маркуша заболел. Плохо заболел.
Это был жуткий год.
Я как-нибудь напишу об этом.
В общем, почти через год его не стало.
И я остался один.
Но! И опять это «но», которое нет-нет да подбросит мне судьба!
Стали организовывать семинары Министерства культуры РФ для молодых «авторов». Руководила семинарами от министерства некая Стельмах, хорошая такая тетка, как звали, убей не помню.