Почти Целитель (СИ)

— Ага. — Без заметного энтузиазма согласился друг. — Но я еще поставлю перед Полей задачу. Пусть у родни ненавязчиво поспрошает, какие еще есть способы повышения Духа помимо зелий и тренировок до опупения.

— А что, родня ее может знать такие не афишируемые сведения?

— Так все же старый дворянский род. Еще со времен Ивана Грозного.

Сказать, что Ваня был удивлен — ничего не сказать. Иван был поражен в самое сердце. Эта вот простецкая деваха, которая с легкостью закрутила роман с Васькой, и вдруг потомственная дворянка! Да ну, не может быть! А что же Танька? Может тоже… чем черт не шутит? Хотя да, Танька уже в прошлом. Стоп! А из какого рода тогда Васька? Может, он и вовсе младший сын императора, учащийся в академии инкогнито? А род Пелагеи узнал откуда-то про это, вот и подсуетился. Такая вот, Золушка на новый лад.

— Ну, у тебя и фантазия, дружище! — Рассмеялся Васька, когда Иван поведал ему о своих умозаключениях. — Нет, со мной все в порядке. Не дворянин я, хотя в семье денежки, конечно, водятся. Только отец мой решил, что Летное училище в сочетании с безденежьем — отличное средство для выработки характера. А вот девчонки у нас, они да. Дворянки. Причем не из последних. Сюда вообще конкурс среди них большой. Это же, почитай, для девиц единственная возможность относительную независимость от рода получить. Да еще и жениха со способностями выше среднего присмотреть можно. Я удивляюсь, откуда ты, такой нелюбопытный взялся, что за полгода учебы элементарных вещей не узнал. Хоть бы Татьяну свою расспросил.

Еще один день занятий, и снова к Ване никто не пристает. Только дворяне из клики Огарева смотрят временами как-то изумленно-изучающе. Словно неведомую зверушку открыли и теперь примеряются, не опасная ли? Ваню уже начинает напрягать такая неопределенность.

После занятий пошел в тир, что добрые наставники распорядились открыть в подвале одного из самых крупных корпусов. А то снега за последнюю неделю навалило столько, что дойти своим ходом до стрельбища у студентов уже не очень-то и получалось. Теперь тут любители стрельбы до весны будут свою Меткость прокачивать, а как снова дороги проходимыми сделаются, так придется опять до полигона топать.

Расстреляв свои двенадцать бесплатных патронов, Ваня попросил еще, теперь уже за деньги. Бюджет академии власти выделяют ограниченный, приходится часть расходов вот таким образом, на учащихся перекладывать. В столовой также: хочешь разносолов заморских — плати. Но там Лудильщиков не тратится, сыт и ладно, а вот со стрельбой, в свете вражды с аристократом, приходится поднапрячься. Но нет! Сегодня Система не улыбнулась своему адепту. Да и то, только позавчера прибавку к Меткости по результатам метания дротиков дала. Еще и сегодня выдать? Жирно будет!

Почти оглохший от беспрерывного грохота выстрелов вернулся к себе. Васьки не было. Наверное, опять со своей зазнобой в город умотал. Скучно, нечем заняться. Татьяну бы сейчас сюда позвать, да гордость не велит. Сам, первый к ней ни в жизнь не подойдет, раз в получившейся размолвке виноват не он. Ладно, сел за стол читать книгу. Для разнообразия художественную, а то учебники уже совсем опротивели. Вчера библиотекарь предложил его вниманию, только недавно поступившую книжку нового английского автора. Книга джунглей называется.

История про маленького мальчика, попавшего после смерти родителей в стаю волков, и принятому теми на воспитание, увлекла Ваню. Автор лихо закрутил сюжет противостояния человеческого ребенка и злобного тигра людоеда, а использование зверями различных магических способностей Системы еще добавило драматизма повествованию. Конечно, Ваня уже опытным взглядом видел отдельные огрехи в использовании заклинаний, но ведь книга писалась не для магов, а для простых обывателей, лишь понаслышке знакомых с применением магии.

От чтения его оторвал стук в дверь. Явно не Васька, тот стучать бы не стал. Пришлось откладывать томик в сторону и идти открывать. На удивление на пороге своей комнаты Иван, как в старые, добрые времена, обнаружил Аркашу. Давно не виделись. Почитай с того времени, как Наталье отец запретил быть его музой. Или он деньги занимал уже после этого?

— Привет! Проходи, — посторонился Ваня, пропуская Аркадия в комнату.

— Угадай, с какой целью я сегодня пришел к тебе? — Как-то по-хитрому улыбаясь, спросил Аркадий, когда со всеми положенными в такой момент правилами этикета было покончено.

— С денежными вопросами приходить еще не время, — принялся гадать Иван. — На веселую пирушку среди недели ты вряд ли бы согласился. Остается традиционное: ты пришел в качестве посланца от одной из милых барышень. Угадал?

— С тобой не интересно. Хотя с тем, что барышня, зовущая тебя сегодня на свидание милая, я бы еще поспорил.

— Ты пугаешь меня. Неужели настолько страшная?

— Ха-ха-ха! Нет, с внешностью у нее как раз все в порядке. Куда хуже, на мой взгляд, дело обстоит с характером. Впрочем, тебе не привыкать. Ты с ней уже общался по осени.

— Неужели про меня вспомнила сама Наталья?

— В точку. Через полчаса будет ждать тебя возле входа в их общежитие.

— Не на прежнем месте, в кустах? — На всякий случай уточнил Иван.

— Нет. Именно возле общежития. Очевидно, в снегу боится потонуть.

Еще несколько минут пообсуждали дела общих знакомых, и Аркадий поспешил откланяться. А Ваня принялся вдумчиво собираться на встречу. Слава богу, что брить тот пушок, что в последнее время стал отрастать на щеках, было еще совсем не обязательно. Иначе бы не успел, слишком мало времени оставалось до назначенной встречи.