Кувейт. Мозаика времен
- Автор: Сенченко Игорь Петрович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-906980-10-6
- Жанр: История
Электронная книга - «Кувейт. Мозаика времен». Краткое содержание книги:
Грейн барон Книпхаузен характеризовал как бурно развивающийся «город корабелов и мореходов, торговцев и ловцов жемчуга», а племя бану ‘утуб во главе с верховным шейхом из рода Аль Сабах, — как один из «зарождающихся центров морской силы» бассейна Персидского залива.
В 1759 г. Книпхаузена на посту управляющего факторией на острове Харк сменил его заместитель — Жан ван дер Халст (Jan van der Hulst).
Первое упоминание о Кувейте в европейских документах связано со скандалом, разгоревшимся в середине XVIII века в фактории Датской Ост-Индской компании в Басре. Резидентом ее, начиная с 1747 г., был некий Франс Кантер (Frans Kanter), католик, гражданин Амстердама.
В 1749 г. генерал-губернатор Датских Восточных Индий назначил на его место барона Книпхаузена. Накануне прибытия барона в Басру, Кантер, которого заподозрили в хищениях казны фактории, бежал в Грейн. Там присоединился к торговому каравану и ушел с ним в Алеппо. Оттуда проследовал в Амстердам. Город этот управлялся автономно, и находился вне юрисдикции всесильного совета директоров Датской Ост-Индской компании.
Помощь Кантеру в приискании судна для отбытия в Амстердам оказал проживавший в Алеппо его знакомый, кармелитский священник. Письмо с такой просьбой Кантер отправил ему заблаговременно, в день своего приезда в Грейн. Исследователи истории Кувейта считают, что письмо это (копия его сохранилась), написанное в 1750 г., является самым ранним из дошедших до наших дней писем, отправленных из Кувейта.
О том, что Кантер бежал из Басры, не предоставив финансового отчета о деятельности фактории своему преемнику, датский консул в Сирии, будучи информирован своим коллегой из Басры, тут же поставил в известность датского посла в Константинополе (письмом от 4 мая 1750 г.). Он, в свою очередь, сообщил датскому правительству, что Кантер, покинувший Басру тайно, прихватил с собой большую сумму денег, и ушел из Грейна с караваном в Алеппо. О том же маршруте движения «дезертира-казнокрада» говорится и в рапорте самого барона Книпхаузена, датированном 10 августа 1750 г.
Все эти документы свидетельствуют о том, отмечает в своем исследовании Б. Дж. Слот, что уже в середине XVIII века через Кувейт пролегал оживленный торговый путь между Персидским заливом и Средиземноморьем[97].
В 1765 г. на острове Харк побывал К. Нибур, знаменитый исследователь Аравии. В своих путевых заметках К. Нибур впервые обозначил на приложенной к ним карте нынешний Кувейт под его сегодняшним названием (именуется в его заметках Ковэйтом). Отметил также острова Бубийан (Бубиян) и Файлаку, и «сельцо Джахра»[98].
Вскоре после того как К. Нибур покинул Харк, датчан с острова потеснил шейх Мир Муханна, вождь племени бану за’б. Известие о падении датской фактории в Персидском заливе поступило в Амстердам через Кувейт, от кармелитского священника, служившего в Южной Месопотамии.
Уделом бану ‘утуб шейх Сабах ибн Джабир Аль Сабах (1756–1762) правил, как гласят сказания кувейтцов, «по совести и по уму», опираясь на поддержку знатных родовых кланов племени и сложившиеся в Кувейте влиятельные торговые семьи. Отличался умением лавировать и выпутываться из сложных ситуаций во взаимоотношениях с турками, персами и арабскими племенами, проживавшими на Персидском побережье Залива.
Шейх Сабах ибн Джабир был непререкаемым ни для кого лидером. «Судно своего удела вел по волнам жизни, — как следует из рассказов седой старины, — уверенно». Прислушивался к мнению членов консультативного совета племени (шура’). Состоял он из представителей знатных родов, богатейших торговых семейств, ‘арифов (знатоков истории, обычаев и традиций племени, и родословных семейно-родовых кланов) и ‘уламов (авторитетных знатоков теологии и религиозного права).
Суд в уделе Сабахов, сообщает кувейтский историк ал-Рашид и ал-Кина’и, вершился в соответствии с Ал-Кур’аном (Кораном), нормами шариата (исламского права), племенными традициями арабов Аравии и их обычаями. Сами шейхи Кувейта на протяжении всего XVIII столетия вообще крайне редко вмешивались в решение споров и разногласий между соплеменниками. По всем этим вопросам они обращались к ‘арифам, а также к судьям (кади). Со слов арабских исследователей истории земель Северо-Восточной Аравии, судьи Кувейта пользовались авторитетом не только среди своего населения, но и во всем крае. К их услугам часто прибегали, к примеру, жители Эль-Хасы[99].
97
Там же. С. 120–123.
98
Там же. С. 146.
99
Ahmad Mustafa Hakima, History of Eastern Arabia 1750–1800, op. cit., p. 58.