Кьяра и Франческа, или Бал для Золушек

— Нет, — покачала головой Кьяра. — Не представляю.

И тут их пару осторожно взяли за плечи и вывели из круга.

— Вот видишь, этот вариант кажется мне перспективным. Дамы, вы не возражаете, если мы разобьём вашу пару? — над ними возвышался монсеньор собственной персоной, а рядом стоял ещё один неизвестный Анне мужчина, не менее блистательного вида.

Кьяру прямо встряхнуло, когда она его увидела.

А монсеньор легко расцепил их, и Анна не успела отследить, как уже оказалась с ним в паре. Она разве что бросила беглый взгляд назад — Кьяра неотрывно глядела на того человека, и глаза её казались ещё больше, чем обычно, а он хмуро улыбался и забирал её в кольцо своих рук.

— Вы не знаете, что с ними? — прошептала Анна.

— Знаю, — так же заговорщически прошептал он. — Оставьте их, они сами разберутся, — и подмигнул. — А вы знаете танец?

— Да, я запомнила, — гордо кивнула она.

— Тогда диктуйте, — улыбнулся он.

И легко повёл её по паркету.

Танец закончился, монсеньор провернул Анну под рукой. Это было круто-круто-круто, она вместо положенного поклона аж подпрыгнула. Правда, потом вспомнила о правилах и поклонилась. Улыбнулась.

— Октавио сказал, что за эту чудесную розу нужно благодарить вас.

— Я просил его это сделать, но вышло не вполне так. Благодарите его самого, — монсеньор тоже улыбался.

— Что? Он сам? Как интересно, — Анна обежала взглядом зал, увидела Октавио.

Он танцевал этот вальс с Франческой, и они ещё не расстались — он держал её за руку. А рядом стоял очень недовольный Гаэтано и что-то ему тихо говорил, при этом подмигивая Франческе.

— Монсеньор, пойдёмте, спасём Октавио, его сейчас съест этот злобный человек!

— Гаэтано злобный? Чем он вам не угодил?

— Да посмотрите же на него, его же прямо распирает от злости!

Они подошли вместе с монсеньором, а с другой стороны зала уже летела Кьяра.

— Ты что вообще здесь делаешь? Тебе было сказано — сначала сделать, потом доложиться! — выговаривал Гаэтано.

— Я и сделал, и доложился, — мрачно отвечал Октавио, не выпуская руки Франчески.

— Не мне, — покачал головой Гаэтано.

— Ясное дело, не тебе, раз ты на танцах!

Анна оглядела всю компанию… и вдруг поняла. Франческа же, в ней всё дело! Неужели она нравится им обоим? И тут она впервые пришла на танцы, а они…

— Что происходит? — поинтересовался монсеньор.

Оба вытаращились на него, как будто увидели привидение.

— Монсеньор, я… — начал было Октавио.

— Оба со мной, — поклонился Анне и направился к выходу.

Парни пошли за ним — Октавио с заметным трепетом, Гаэтано только пожал плечами.

— Так, я пошла отсюда, — дёрнула плечами Франческа.

— Погоди, не торопись, — Кьяра отвела её к стенке. — Ты как вообще? Устала?

— Немного. Голова кружится.

— Донна Эла говорит, что это нормально.

— И меня всё время трогают! — на лице Франчески было сплошное страдание.

— Это парные танцы, иначе не получится. Не переживай — трогают по правилам и только в определённых местах, и никак иначе. Но ты видела? — спросила вдруг Кьяра, как будто о чём-то очень важном. — Нет, ты видела?