Монохроматический свет

Карзах видел, какой ценой добывалась победа. Обмороженные трупы, кишки, свисающие с деревьев, моча, дерьмо, вонь горелого мяса, самоубийственные атаки, безалаберные приказы, ненависть, отчаяние, ядовитые газы, разорванные на куски друзья, торжество насилия и безумия.

Когда войска Дользандрии победно входили в город, Рейверий видел, как его сослуживцы мародерствовали, обирали песлеровцев, насиловали женщин, сжигали и взрывали исторические памятники и убивали всех, кто пытался хоть как-то им воспрепятствовать. Он видел всю суть войны без прикрас и благородных фраз. Это просто бойня и грабительство.

Когда город уже был аннексирован, темным морозным вечером квартального военного направляющего Рейверия вызвали в штаб. На улице началась метель. Карзах шел мимо красивых, искусно отделанных домов, сохраняющих единый архитектурный стиль. Фонари отбрасывали мягкий свет. Следы от тысяч сапог быстро замели холодные снежинки. Снежинки цеплялись за подоконники, скамейки. Падали на бороду Карзаха. Заметали его поношенную некачественную форму. Становилось очень холодно. На тротуарах и в переулках встречались ныне бездомные песлеровцы. Солдат Дользандрии расселяли в квартиры жителей Больших Когтей, однако места на всех не хватало, и тогда изрядную долю песлеровцев просто выкинули из домов, и заселили туда военных.

Карзах повернул на одну из улиц и увидел колонну грузовиков. С близлежащих домов выходили солдаты, как осы из ульев. Рейверий слышал крики и плач. Когда он подошел ближе, он увидел, что военные выносят на руках и выводят за руки маленьких детей. Мальчики и девочки упирались, когда военные затаскивали их в кузов грузовика, но взрослые люди били детей кулаками и все равно запихивали их внутрь.

Рейверий остановился. Он встал на месте, будто оцепенел. Куда их увозят? За что? Сквозь снег и лед он видел здоровенного солдата с квадратным лицом и выделяющейся челюстью. Он нес на плече маленькую скьяльбриссианку с рыжей шерстью, которой было не больше шести лет. Когда солдат остановился у грузовика, девочка повернула голову и посмотрела на Рейверия своими большими золотыми глазами. Ей было очень страшно. Она не понимала, куда ее несут. Она дрожала. Ее шерсть насквозь промокла от слез и снега. Через несколько секунд военный пошел дальше, и девочка скрылась за грузовиком. А Карзах продолжил стоять, вглядываюсь в эту ненасытную темень, промерзшую до костей от мороза. Через несколько минут он пошел дальше. Но в его глазах так и остались те мгновения. Те два золотых глаза, которые смотрели на Карзаха. Они просили только одного. Спаси меня. Верни меня домой. Я хочу к папе и маме.

Штаб временно располагался в здании Министерства войны. Однако у порога его встретило несколько стрелков, которые провели Карзаха в жилое многоэтажное здание чуть поодаль. Рейверий вошел в многоэтажку и почувствовал странное ощущение. Будто что-то здесь неправильно. Мерзко. Когда он прошелся вперед по коридору, он услышал, что за пошарпанными стенами и закрытыми дверями квартир повсюду слышны крики и грохот. Становилось немного душно. Снежинки таяли на бороде квартального военного направляющего. По лестнице в конце коридора спустился сам военный направляющий Гонтьюрд Стакерия, командующий 3-й армией «Ночные душители».