Сладкоречивый незнакомец

Я была уверена, что Дэйн найдет многое, что можно раскритиковать в Джеке и Харди, они оба были специалистами в закулисных сделках и в отклонении от правил. Они были старше, чем мужчины, к которым я привыкла, и намного более циничны и, возможно, более безжалостны, когда приходилось добиваться желаемого. И все же, дьявольски обаятельны.

Это опасно, думала я. Любезные манеры и очарование затмевали то, кем они на самом деле являлись. Это такой тип людей, ведущих вас от компромисса к компромиссу, заставляя думать, что вы будете счастливы от этого. И только после того, как вы попадетесь в ловушку, то поймете, какую ошибку совершили. И даже осознавая это, меня все равно непреодолимо тянуло к Джеку Тревису.

Я сидела рядом с ним на одном из глубоких бархатных диванов, пытаясь понять, что за чувство закралось в меня. Я, наконец, поняла, что же это было — расслабление. Я никогда не была особо мягким человеком, всегда взвинченная и ждущая чрезвычайной ситуации, чтобы отразить удар. Но сегодня вечером я была странно непринужденной. Возможно, дело было в том, что я была в ситуации, когда мне не надо было защищать себя или что-то доказывать. А возможно, дело было в теплом тельце малыша, спящего на моих руках.

И когда я отклонилась назад с Люком, я оказалась под теплым боком Джека, так как одна из его рук была закинута на спинку дивана. Закрыв глаза, я позволила себе положить голову ему на плечо. Только на одно мгновение. Одна из его рук коснулась моего лица, а затем начала поглаживать мои волосы.

— Что ты добавляла в эту проклятую сангрию, Хэвен? — услышала я мягко заданный вопрос Джека.

— Ничего, — сказала она, защищающимся тоном. — Белое вино, в основном. Я выпила столько же, сколько и Элла, и все в порядке.

— Я в порядке тоже, — запротестовала я, пытаясь удерживать свои глаза открытыми. — Только… — я сделала паузу, пытаясь сконцентрироваться, чтобы правильно построить слова. На языке я чувствовала привкус скотча. — В сон клонит.

— Элла, дорогая, — голос Джека дрожал от смеха, а его рука отодвинула мои волосы. Через его пальцы пробивался свет, а он продолжал перебирать пальцами, нежно поглаживая мои виски. Я снова закрыла глаза и спокойно сидела, надеясь, что он не остановится.

— Который час? — пробормотала я, зевая.

— Восемь тридцать.

Я услышала, как Хэвен спросила:

— Может, мне сделать кофе?

— Нет, — сказал Джек, прежде чем я успела ответить.

— Ликер может ударить в голову уставшему человеку, — произнес Харди с сочувствием. — Похожее происходит на буровой установке. Несколько недель ночной сменой, и устаешь так, что банка пива сваливает с ног.

— Я все еще привыкаю к режиму Люка, — сказала я, растирая сонные глаза. — Нельзя сказать, что он хорошо спит. Даже для младенца.

— Элла, — сказала Хэвен доброжелательно и заботливо, — у нас есть еще одна спальня. Почему бы тебе не расположиться там сегодня? Я позабочусь о Люке, а ты сможешь немного отдохнуть.

— Нет. Все так хорошо… Вы такие… Мне всего лишь надо… — я сделала паузу, чтобы зевнуть, и забыла о том, что хотела сказать. — Надо найти лифт, — сказала я неопределенно.

Хэвен подошла ко мне и забрала ребенка с рук.

— Я положу его в люльку.

Мне было жаль, что я не могла провести еще пять минут под боком у Джека. Мускулы под его футболкой подпирали мою щеку так упруго, так чудесно.

— Еще чуть-чуть… — пробормотала я, прячась глубже. Я вздохнула и начала дремать, смутно прислушиваясь к тихой беседе вокруг.

— …трудно то, что она делает…

— … как там дела с парнем из Остина?… — спросил Харди.

— Все еще не завершено, — ответил Джек полным презрения тоном. И хотя я хотела сказать хоть что-то в защиту Дэйна, но была слишком измотана, чтобы издать хоть звук.

А потом или я слишком долго дремала, или вокруг установилась тишина, но я ничего больше не слышала в течение некоторого времени.

— Элла, — в конце концов услышала я, и раздраженно покачала головой. Мне было очень удобно, и я хотела, чтобы голос исчез.

— Элла, — что-то мягкое и горячее пощекотало мою щеку. — Позволь мне провести тебя в твою квартиру.

Я была слишком измучена, чтобы понять, что во сне я буквально вырубилась перед ними и сейчас оказалась на коленях у Джека.

— Хорошо. Да. Извиняюсь, — я изо всех сил рванулась вверх, пытаясь поймать равновесие.

Джек протянул руку, чтобы поддержать меня.

— Полегче.

Раскрасневшаяся и хмельная, я нахмурилась.

— Я не пила слишком уж много.

— Мы знаем это, — сказала Хэвен успокаивающе, и бросила на своего брата предупреждающий взгляд. — Ты — последний человек, который может ее дразнить, мистер Спящая Инерция.

Джек усмехнулся и пояснил мне:

— Я встаю в семь утра каждое утро, но на самом деле толком не просыпаюсь до самого обеда. — Он продолжал поддерживать мои плечи своими руками. — Давай, голубоглазка! Я помогу тебе найти лифт.

— Где ребенок?

— Я только что покормила и переодела его, — сказала Хэвен.

Харди поднял люльку Люка и передал ее Джеку, который взял ее свободной рукой.