Три богатыря и ведьма

Кот безмятежно сидел рядом с ботинком и откровенно нарывался на неприятности. Никита перекатился с одной крыши на другую, подтянулся на руках, затаскивая себя на следующую, и вдруг увидел, что в дом, где он только что был, зашли несколько мужиков, явно скрывая под серыми хламидами автоматы.

— Мявк, — тихо, но очень насмешливо сказал кот и обвил лапы хвостом. — Мяуууу!

— Сам дурак! — возмутился Никита, натягивая второй ботинок на ногу. — Никуда я с тобой не пойду!

— Мяяууу! — неожиданно взвыл дурным голосом кот и скинул на мостовую черепицы, что чудом держались на самом краю крыши, гарантированно привлекая к себе внимание всех участников действа.

— Вон он! — заорал один из тех, кто выбил дверь в комнату Никиты, и бросился к окну, поливая крыши градом пуль из автомата.

— Убью! — зарычал Никита и пополз следом за удирающим котом со скоростью и изяществом курьерского поезда. — Хвост вырву вместе с яйцами!

Пиу-пинк-пинк-хрусть-хрусть.

Черепица разлеталась вокруг Никиты, пули свистели над головой, а он упрямо полз за черным котом, который не торопился забиваться в щель и пер по крышам там, где Никита мог протиснуться за ним следом. Очередная ветхая развалюха не внушила беглецу никакого доверия, но деваться было некуда: он пристрелил двоих преследователей, однако остальные наверняка скоро его догонят и убьют. Автомату на открытом пространстве сложно что-либо противопоставить.

Хррррусть-шшшрых-шлеп.

— Блять!

Ветхая крыша очередной глиняной развалюхи провалилась под Никитой, и он рухнул в нее, матерясь, как последний сапожник. Вскочил на ноги, смахивая пыль с лица, и вдруг понял, что в затылок ему уперлось дуло пистолета.

Чпок-чпок-чпок-чпок.

Едва слышные звуки выстрелов из винтовки с глушителем мигом успокоили суету наверху, пистолет у затылка чуть дрогнул, и Никита поспешил изменить ситуацию в свою пользу: кувырком ушел в сторону, выпуская четыре пули в того, кто наставил на него ствол, вскочил на ноги… и в лоб ему снова уперлось дуло пистолета.

— Не дергайся, — по-русски посоветовал ему удивительно знакомый на вид мужик, — здоровее будешь.

— Чего надо? — спросил Никита.

— Поговорить, — усмехнулся тот, не обращая внимания на открывшуюся за спиной дверь.

Никита хотел было порадоваться такой оплошности, но парень, что вошел в разоренный дом, явно был с любителем поговорить заодно. Он добрался до стены, к которой пригвоздили Никиту, и спокойно оперся на нее широченным плечом. Вот дьявол! Что этим двум отморозкам от него надо? Почему не пристрелили сразу? А все черный кот, будь он неладен! Правду говорят: перейдет такой мерзавец дорогу — жди беды. Тот, что с винтовкой, задумчиво и как-то очень знакомо почесал макушку, а мысли в голове Никиты понеслись вскачь. Где он этих качков видел? Где?! Стальные серые глаза одного и угловатые черты лица другого… Черт! Образы крутились, но никак не могли собраться в единое целое.

— Здорово, Добрыня, давно не виделись, — сказал вновь прибывший и неожиданно приложил его прикладом винтовки в висок. — Эх, хорошо. Давно хотел это сделать!