Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года
- Автор: Эдельман Ольга Валериановна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года». Краткое содержание книги:
Из письма М. Цхакая Н. К. Крупской с воспоминаниями о V съезде РСДРП, 23 апреля 1928 г.
РГАСПИ. Ф. 157. Оп. 1. Д. 18. Л. 6-7.
№ 2
Полковник Бабушкин:
Сегодня 11 утра Тифлисе на Эриванской площади транспорт казначейства в 350 тысяч был осыпан семью бомбами и обстрелян с углов из револьверов, убито два городовых, смертельно ранены три казака, ранены два казака, один стрелок, из публики ранены 16, похищенные деньги, за исключением мешка с девятью тысячами изъятых из обращения, пока не разысканы, обыски, аресты производятся, все возможные аресты приняты. № 5657.
Телеграмма заведующего особым отделом канцелярии наместника на Кавказе полковника Бабушкина в Департамент полиции, Тифлис, 13 июня 1907 г.
ГА РФ. Ф. 102. Оп. 237. ОО. 1907. Д. 434. Т 1. Л. 1.
№ 3
С. Ф. Медведева-Тер-Петросян:
Благодаря энергии Камо, группа очень скоро стала получать систематические сводки, где и сколько хранится, откуда и куда какие суммы переправляются. […] Были предприняты три последовательных попытки. Как раз первая не удалась, потому что Камо был сильно ранен разорвавшейся бомбой[967]. […] Вторая попытка была успешно начата; боевики поехали в поезде, везшем деньги, но должны были отказаться от экспроприации в самый последний момент. Проводники, которые должны были после нападения проводить наших товарищей через глухие горные тропинки, известные только им самим, струсили и бежали. В глубоком огорчении возвращались товарищи в Тифлис. На экспедицию были израсходованы все взрывчатые вещества и все деньги. Между тем бомбы могли служить только два или три дня. Затем они, несомненно, отсырели бы и были бы совершенно негодны. Стояла задача: немедленно использовать бомбы или вновь на многие месяцы отказаться от практических действий. К счастью, в вечер возвращения группы поступило сообщение, что почта пересылает завтра в госбанк двести пятьдесят тысяч рублей. Быстро было принято на этот раз увенчавшееся успехом решение. На следующий день, 13 июня 1907 г., около 10 часов утра кассир государственного банка Курдюмов и счетовод Головня, получив на почте 250.000 рублей, сопровождаемые двумя стражниками и пятью казаками на двух фаэтонах, направились в банк. Перед Пушкинским садом, откуда видна почта, Пация Голдава дала условный знак стоявшему у ворот склада Степко Кицкирвелли: «Тронулись!» Последний немедленно передал это Аннете Суламидзе, которая, таким же образом, сообщила боевикам, сидевшим в ресторане «Тилипучури». В свою очередь – Бачуа Куприашвили обошел с развернутой газетой Эриванскую площадь. Для стоявших в различных местах площади товарищей – Датико Чибриашвили, Аркадия Элбакидзе, Вано Шимшакнова, Вано Каландадзе, Илико Чачиашвили и Илико Эбриалидзе – эта газета была сигналом приготовления к нападению. Кроме этих товарищей, наготове находились Акакий Далакишвили и Феофил Кавриашвили, чтобы при нападении задержать стоявших перед управлением казаков. Наконец, Элисо Ломинадзе и Серапион Ломидзе находились на углу Армянского базара и Вельяминовской улицы для охраны пути, по которому экспроприаторы должны были увезти деньги.
Окруженные всадниками, быстро катились в клубах пыли фаэтоны. Передние казаки уже сворачивали на Солоакскую улицу. В этот момент Датико шагнул вперед. Сильным взмахом рук все бросили свои бомбы.
Два, и еще два взрыва.
На мостовой остались двое городовых и один казак. Лошади стремительно разнесли охрану по сторонам.
Но фаэтон с деньгами не взорвался от бомбы, и запряжка понесла его к Солдатскому базару.
Это был решающий момент, и один только Бачуа не растерялся. Бегом бросился он наперерез лошадям и догнал фаэтон в конце площади.
Не раздумывая, не заботясь о себе, он бросил бомбу под ноги лошадей. И силой взрыва был брошен на землю. Еще раз деньги могли ускользнуть от смелых боевиков, но вовремя подоспел Чибриашвили. Оставив без внимания Бачуа, он рванул из фаэтона денежный мешок и бросился к Вельяминовской улице.
Где же был в это время Камо, организатор и вдохновитель? Одетый в офицерскую форму, еще бледный и не оправившийся после ранения, он с утра обходил площадь, ловкими таинственными замечаниями (его офицерская форма отводила подозрения) удаляя публику, чтобы избежать ненужного кровопролития. Камо был на фаэтоне, когда раздались взрывы. Он должен был получить деньги от боевиков и переправить их в безопасное место. Когда он, согласно заранее выработанному плану, выехал с Галановской улицы на площадь, ему представилось, что план и на этот раз провалился.