Кондотьер [Сборник litres, книги 1-3]

– Приказываю остановиться!

Шальная пуля пробила корму, другая угодила в двигатель, щелкнула по железу. Леонид почувствовал запах горючего. Мотор снова зачихал и заглох, лодку тут же развернуло бортом к волне, и мощный удар стихии перевернул утлое суденышко столь быстро, что Арцыбашев даже не успел выругаться, очутившись в холодной воде.

Нырнул, сбрасывая под водой сапоги, проплыл какое-то время под водою, потом вынырнул, отдышался… Катер уж был здесь, рядом! Заглушив двигатель, шарил по волнам прожектором. Вот нащупал-таки беглеца, ослепил.

– Вон он, товарищ капитан! За камнями.

– Не стрелять! – распорядился суровый голос. – Живем брать гада. Эй, в машине! Вперед помалу.

Между тем беглец уже доплыл до мыса, оставалось лишь выбраться, однако скользкие камни сопротивлялись, не пускали, скользили, и намокшая одежда тянула ко дну.

– Эй, там! Хенде хох! Сдавайся!

Ага, сдавайся… как бы не так! Уходить надо… вон туда, в протоку меж скалами – катер туда не пройдет.

Набрав в легкие побольше воздуха, Леонид снова нырнул, на этот раз четко зная, в какую сторону плыть. Что-то шмякнуло рядом, в воде… Пули! Погранцы все же решились стрелять. Или просто предупреждали.

Вынырнув, беглец вдруг почувствовал, что несколько не рассчитал свои силы, неумолимо тающие с каждой секундой, с каждым метром, с каждым взмахом рук. Ноги сводило, что-то тащило на глубину… а путь к свободе был совсем-совсем рядом! Еще чуть-чуть!

Магнус собрался с силами.

– Уходит! Уходит, товарищ капитан!

– Никуда не денется. Я сказал – живьем!

Ну, вот оно – спасительное убежище! Катер сюда не пройдет, однако…

– Лево руля! – тут же послышалось с катера.

Однако же да – догадались, решили обойти левее, высадиться на берег, перехватить.

Скорее! Скорее! Черт…

Почувствовав дно, беглец встал на ноги и выбрался на каменисто-песчаный пляж. Вышедшая из-за облаков луна – почему-то зеленоватого цвета – выхватила из темноты спасительные заросли тростника. Недолго думая, Магнус бросился именно туда, резко взяв влево – прямо навстречу погоне. На то и был расчет! Обмануть, залечь, затаиться в тростнике, переждать, а там уж будет видно. Рассветет, тогда можно осмотреться, придумать что-нибудь. Наверное, лучше всего уходить через бункер. Однако там, скорее всего, и будут искать…

Леонид чувствовал, что замерзает. Вымокла в холодной воде одежда, еще и ветер поднялся, чтоб ему! Сейчас бы разложить костерок, обсушиться да принять для сугрева грамм сто, а лучше – двести. Эх…

Передернув плечами, беглец вдруг понял, что не слышит никаких голосов. Никто не орал, не переговаривался, не бежал… Ну, правильно – погоня ушла далеко правее, и сейчас, вероятно, прочесывала заросли. Флаг вам в руки, ребята, барабан через плечо!

Арцыбашев вдруг ощутил некий укол совести: ведь эти ребята, погранцы, были «свои». Русские, то есть советские недавние фронтовики. А он, Леонид, помогал сейчас их врагам. То есть врагу… врагине… Анита, ч-черт… Интересно, удалось ли ей уйти? Судя по тому, что катер торчал сейчас здесь, у мыса – так скорее всего!